Удивительный волшебник из страны оз лаймен фрэнк баум книга отзывы

Я принадлежу к числу (счастливых) людей, которые свое чтение начали с Александр Волков — Волшебник Изумрудного города . До сих пор помню, что у нас был красивый темно-зеленый том с иллюстрациями. Но в детстве, если я в который раз перечитывала серию,то начинала неизменно с «Урфина Джюса», потому что «Волшебник…» был зачитан до дыр и вызубрен наизусть.
Это присказка — не сказка. По роду деятельности мне приходится погружаться в англоязычную культуру — в том числе и американскую. И я знаю, какое влияние на нее оказывает «страна Оз». Начиная с визуальных образов и отсылок и заканчивая мюзиклами и фильмами: я смотрела «Оза» (который про предысторию волшебника), скоро выйдет «Злая».
Я понимала, что Александр Мелентьевич «пересказал» свое творение максимально близко к оригинальному тексту. Поэтому мне интересно было хотя бы найти отличия. И парочку я все-таки нашла, хотя в голове все равно периодически заменяешь Дороти на Элли и Оза на Гудвина. Конечно, во взрослом возрасте читать сильно детскую книжку — интересное упражнение. Особенно все эти

Железный дровосек был очень вежливый

Не забывайте, дорогие мои детишечки (и ностальгирующие взрослые).
Отличий привычного нам варианта и оригинала — действительно очень мало. Хотя бы понимаешь, откуда вообще возникла задумка страны Оз. Когда автор в начале описывает Канзас, как край очень серый, до такой степени, что даже лица людей серые — волшебная страна с ее яркими красками становится уже необходимостью. Еще из отличий: саблезубые тигры у нас заменили каких-то совсем уж неведомых зверей, а еще добавился людоед. Тотошка у Александра Мелентьевича получился более активным и разговорчивым. А главное отличие — Фарфоровая страна. Я видела ее в «Озе» — там вместо травы глянцевая поверхность, а живут там фарфоровые статуэтки. Навроде таких, которые жили у многих из нас в советское время.
Читать, конечно, порой было невероятно умилительно. Особенно с фразочки

Я Оз, великий и ужасный. Не бейте меня, пожалуйста

Я прям взоржала. Конечно, не умаю, что размен Волшебной страны на Оз чего-нибудь стоит. Но далее серии расходятся довольно сильно, и в Оз читателей будут ждать Лоскутушка или Тик-Ток. Даже немного завидую юным читателям, которые будут искренне переживать за (Элли) Дороти и ее друзей и в первый раз вместе с ними пройдут по дороге из желтого кирпича. Но возвращаться в эту прекрасную страну, полную волшебства и красок, тоже всегда приятно.

Наверное, у нас сравнение Баума с Волковым просто неизбежно, как неизбежны и дебаты, кто написал лучше, а в особо запущенных случаях и – что причитается за плагиат. Впрочем, принцип импринтинга срабатывает почти всегда – то, что прочитаешь первым, то и нравится. Меня же куда больше интересует, почему наши авторы в процессе перевода зарубежных сказок начинают писать что-то свое – и получается очень круто, как-то целостнее и осмысленней. Подобная практика наблюдается в американском кинематографе, переснимающем любой интересный японский ужастик, однако, комплиментов в данном случае от меня не будет.
Для большей чистоты эксперимента скажу, что в детстве «Волшебника Изумрудного города» я любила не так чтобы очень, однако, перечитав уже лет в двадцать, к собственному удивлению, зафанатела – это было что-то невероятное, детская сказка на моих глазах превращалась в сай-фай фантасмагорию. А прикоснувшись к фэндому, я увидела истинный масштаб: огромная система параллельных миров, межгалактических туннелей, иномерных реальностей – и всё это можно продолжать в любую сторону.
Признаюсь, что к чтению Баума из-за всего этого я подходила с завышенными требованиями. Но без предубеждения, как могло бы показаться. Какие могут быть предубеждения против отца-основателя любимого фэндома?

И что из этого получилось.

Как оказалось, могут быть еще какие. И, боюсь, не в последнюю очередь это упирается в личность автора, а вовсе не в его писательское мастерство.
Как известно, многие создатели сказок, в том числе культовых, начинали с того, что решили как-то рассказать своим детям историю перед сном. Или чужим детям. Или вообще днем. Но детям сказка так нравилась, что автор был вынужден ее расширять и перерабатывать до тех пор, пока она не становилась вполне пригодной для книжки – и для большего количества детей. Что-то вирусоподобное мне в этом видится Х_х
Так вот, Баума сия чаша тоже не миновала, однако, по свидетельствам родных он всегда был такой – всё время что-то этакое сочинял, какие-то истории, с волшебством и приключениями. Вот и в тот день начал он рассказывать детям сказку, как обычную американскую девочку забросило в сказочную страну, а те возьми да и спроси, а что за страна-то, как называется. Баум покрутил головой в поисках подсказок и наткнулся на пару картотечных ящиков, подписанных «A-N» и «O-Z». Вот так вот страна OZ и получила свое название.
Может быть, вы сочтете это нормальной практикой, но мне кажется, что пригодно для экспромта в угоду детской сказке, не очень применимо, когда пишешь на публику. И не в названии страны дело. Баум вообще так пишет – от балды. Будто бы пошел погулять, видит клумбу с маками – «Опа, а давайте-ка тут у меня будет проклятое маковое поле». Или «Чего бы мне еще такого придумать? Пойду попью чаю, что ли. Опа, фарфоровые чашки – это идея! Напишу-ка я про фарфоровую цивилизацию».
И так постоянно. В плане сюжета Волков переписал первую книгу очень, ооочень похоже, но я у него не заметила чужеродности элементов волшебной реальности – всё подогнано одно под другое, всё как будто бы из одного набора, Баум же свалил отдельно придуманные клочки реальности, подчас противоречащие друг другу, сшил аляповатое лоскутное одеяло. Я не пытаюсь его в чем-то обвинить, в принципе, это довольно частая практика в детской литературе – нагромоздить побольше чудес, чтоб удивить читателей. Но ведь у всего должен быть свой смысл, нельзя просто взять и впихнуть в сюжет розового бегемота просто потому, что так хочется, разве я не права? Да, я говорю про тот самый фарфоровый городок, жители которого страдают запущенной паранойей и который в сюжете вообще как не пришей козлу рукав. Что это вообще было? Зачем оно было? Герои прошли мимо него – и всё, эпизод не получил абсолютно никакого развития, только ляпов наплодил.

К счастью, в первой книге подобного было немного, в остальном же это всё то же хорошо знакомое путешествие девочки из Канзаса, соломенного Страшилы, Железного дровосека и Трусливого льва по дороге из желтого кирпича в Изумрудный город – сердце волшебной страны, где царствующий чародей исполнит их желания. В процессе героям пришлось проходить через разные, более мелкие, испытания, убивать злых колдуний. И надо сказать, довольно странно звучат со страниц детской книги все эти многочисленные «Нам надо их убить», «Давайте уже их убьем и дело с концом», «Как бы нам получше их убить?» Прямо клуб юных киллеров на выезде О_о
Еще показалось несколько странным, что у добрых волшебниц есть имена, а у злых нету. А у Железного дровосека есть, его, оказывается, зовут Ник, и это слегка ломает шаблон.

Но если абстрагироваться от моих фанатских недоумений, это всё та же крутая сказка о такой Нарнии, шкафом в которую служит угроза неминуемой смерти. Где земля поделена на провинции между волшебницами четырех разных цветов. Где животные разговаривают, а неживые предметы вполне можно сделать живыми. Где возможно пневмопротезирование не только конечностей, но и головы. Где для того, чтобы стать умным, храбрым и научиться чувствовать, вовсе необязательно прибегать к искусственным средствам, а достаточно просто помочь маленькой девочке вернуться домой.

Читать книгу с сюжетом, знакомым с детства, скажем так, в более преклонном возрасте, дело довольно рискованное. Во-первых, все приключения кажутся уже не такими интересными и увлекательными. Во-вторых, сложно ассоциировать себя с героями, которые ни на год не повзрослели, тогда как ты сам прибавил весьма солидное число лет. И, в-третьих, ты видишь в истории то, на что в детстве просто не обратил бы внимания. И такие детали в какой-то степени разрушают всю сказочность происходящего. Ну убить злую ведьму в детстве — это подвиг, а отправить на убийство злой колдуньи маленькую девочку — это, с позиции взрослого, совсем другое дело.

Зачем же тогда возвращаться к знакомым с детства историям? В отношении «The Wizard of Oz» для меня получилось следующее: мне знаком сюжет только первой книги, и то это скорее заслуга одноименного фильма и нашей версии истории — «Волшебника Изумрудного города», поэтому пробел с остальными частями очень хочется восполнить. А чтобы такое чтение было не только увлекательным, но и по-своему полезным, можно воспользоваться приобретенными во взрослом возрасте способностями и прочитать серию на языке оригинала.

Такое вот возвращение на дорогу из желтого кирпича. И надо сказать, что перечитывала я эту историю с большим удовольствием и некоторым ужасом. Думая о девочке Дороти и ее компании, представляешь себе как они шагают по волшебной стране веселой толпой загадочных существ. Совсем не вспоминая сколько здесь довольно таки жестоких убийств (да-да, именно так). История Дровосека вообще что-то совершенно чудовищное. И для тебя это становится неким открытием, потому что ты уже основательно успел забыть темные стороны истории и открываешь весь этот ужас для себя заново. Добрых и хороших вещей здесь тоже не мало — дружба, взаимовыручка, потрясающая доброта Дровосека, не имеющего сердца и исключительная храбрость трусливого Льва. Долгий путь по дорогам страны чудес приведет всех к заветным целям — девочка Дороти вернется в Канзас к родным людям, ее друзья станут правителями разных народов.

Для такого человека, как я, который английский знает на уровне «London is the capital of Great Britain» читать «The Wizard of Oz» было не очень сложно. Несколько десятков слов и выражений добавилось в копилку для изучения, так что и своеобразную образовательную роль книга сыграла. Продолжение истории кажется еще более интересным, ведь в этом случае нет даже намека на то что сюжет окажется знакомым.

Вопрос в акцентах, расставленных Волковым сознательно иначе. Так, он увязал возвращение главной героини с исполнением желаний трех ее друзей, т.е. придал сказке коллективный вид, тогда как в оригинале Дороти формально никак не зависит от судьбы спутников.

Самая интересная и навсегда неразрешимая загадка – что двигало Волковым, когда он менял ту или иную деталь. Хорошо, можно понять, когда он убрал слова об имущественном расслоении у жевунов, но почему он поменял калидасов (полутигров-полумедведей) на саблезубых тигров? Почему поменял Стреляющие головы на Прыгунов? В целом у Волкова куда меньше внешних отличий обитателей Волшебной страны от человеческого стандарта, весь этот паноптикум, собранный Баумом, он упростил, сгладил. Почему?

А сказка Баума хороша. Он сам называл ее «современной» сказкой, противопоставляя мрачным произведениям Андерсена и братьев Гримм, обещая маленьким читателям отсутствие ужасов и морализаторства. Он довольно своеобразно выполнил обещание.

Это оригинал, к которому все будут возвращаться, но никто не сможет запретить вам больше любить кавер-версию.

P.S. Ингпен опять впечатлил. Его образы героев сказки очень живые и непосредственные.

С детства многие знают эту замечательную сказку о маленькой девочке и её необычных друзьях. Некоторые знают версию Волкова, а некоторые — Баума. Я отношусь к первым, при этом всегда знала, что это всего лишь адаптация. Поэтому, когда мне в руки попала оригинальная история, не смогла удержаться и прочитала, хоть книга уже и не по возрасту.
Читать детские книги будучи взрослым — это отдельное удовольствие. Тебе открываются интересные подтексты и параллели с нашей суровой реальностью. И вот в такой веселой приключенческой книжке было удивительно найти довольно интересные даже для взрослого идеи и мысли.
Казалось бы простая история о путешествии к великому и ужасному волшебнику за подарками. Но если читать внимательно, то оказывается, что всё, чего так хотели Страшило, Железный дровосек и Лев, у них уже есть. И приключения внезапно оборачиваются поучительной историей о том, что нам не нужны ничьи подарки или одобрение, поощрения, признание и дипломы. Всё что нам нужно, у нас уже есть, осталось только перестать гнаться за “подарками” и поверить в себя.
Что в истории удивило, так это некоторая жестокость: вспомнить хотя бы историю превращения дровосека в Железного дровосека. Но чуть подумав, я поняла, что Дисней сильно исказил наше понимание сказок и того, что в них должно быть, а чего нет. Всё же сказка Баума была написана до студии Дисней и скорее всего опиралась на оригинальные сказки, а там ещё и не такое встретишь. Так что в целом уровень жестокости в порядке))
“Удивительный волшебник из страны Оз” — это классика детской литературы, которая будет интересна и детям и взрослым.

книга захватывающая и интересная всем советую