«Мне удалось заработать на мою давнюю мечту»: Елизавета о работе на рыбном заводе на Камчатке
Елизавета П. учится на дирижёра академическим хором. Несмотря на творческую профессию у девушки есть опыт работы на рыбообрабатывающем заводе на Камчатке. Туда Елизавета попала вместе с товарищами по студенческому отряду. За полтора месяца работы девушке удалось не только заработать на давнюю мечту, но и посмотреть красоты Камчатки, освоить новую профессию, попробовать местные морепродукты, научиться разбираться в рыбе и даже повстречать медведя в естественной среде обитания.
Поехала работать на рыбный завод от студенческого отряда
— Я родом из города Осинники, Кемеровской области. В 2021 году окончила Новокузнецкий областной колледж искусств по специальности «Дирижирование академическим хором», а на данный момент учусь на 4-м курсе Алтайского государственного института культуры по той же специальности.
До того, как попала на рыбообрабатывающий завод, работала только детским аниматором. Поработать на заводе я решила после приглашения знакомых ребят вступить в их студенческий отряд. Сейчас у студентов много активностей, один из них является РСО (Российские Студенческие Отряды).
Направлений у отрядов много — строительные, педагогические, отряды проводников, сервисные отряды, медицинские, сельскохозяйственные отряды, к каким и относится путинное направление. Я выбрала именно его по нескольким причинам: возможность бесплатно путешествовать, получить новый опыт и профессию, ну, и неплохо при этом заработать в летнее время.
Так как я поехала от студенческого отряда, трудоустройство происходило не напрямую. Потребовались те документы, которые нужны и при трудоустройстве на любую другую работу. Опыт был желателен, но не важен. У меня его не было, не считая трёхмесячного обучения, после которого я получила корочку «рыбообработчика 2-го разряда».
Стояла на позиции, где рыбу укладывают в лотки
— Работа на рыбном заводе устроена таким же образом, как и на любом другом — есть много позиций, процессов, где каждый важен, и если что-то с одним из них пойдет не так, то нарушится весь процесс работы завода в целом.
Процесс работы выглядит так: рыбаки вылавливают рыбу с моря и реки, доставляют её на берег, а с берега уже другие рабочие, привозят её на завод, доставляют на «бункер», где третьи работники выгружают рыбу. Так она попадает непосредственно на сам завод.
После этого рыбу сортируют по видам и распределяют по ваннам. Из ванн она идет на отруб голов и потрошение. Тут процессы разделяются по лентам, на одну идет икра, на другую молоки, на третью сама рыба. Далее рыбу опять сортируют, но уже по сорту, укладывают в лотки, отправляют на заморозку, выбивку и упаковку для дальнейшей транспортировки.
Я стояла «на весах». Это позиция, на которой укладывают рыбу в лотки. Я должна была взять лоток, весом 3,5 кг, настроить весы, уложить определенную рыбу из наполненной ванны в лоток, определенным весом, то 10,3 кг, то 11,3 кг, положить в лоток бумажку с цветом и сортом нужной рыбы и отправить лоток на ленту для заморозки.
«Условия труда не показались мне тяжелыми»
— Смены на заводе были по 12 часов каждый день. Но так как этот год был не рыбным, смены были неполные. В эти часы «ждем рыбу», мы и отдыхали, а также отдыхали в пропускные дни, когда рыбу не ловили из-за нереста. За 1,5 месяца работы было 3 пересменки (в ночную/дневную/ночную).
На мой взгляд работа особо не требует умственных усилий, достаточно быть внимательным, выносливым и способным к физическому труду. Сложность была как раз таки в том, чтобы физически работать по 12 часов, когда порой уже не чувствуешь рук и ног от нагрузок.
Больше всего на заводе мне понравился коллектив. Сотрудники, которые готовы помочь, подсказать, научить, передать свой опыт молодому поколению. Ведь когда на работе дружелюбные отношения, и в воздухе, помимо запаха рыбы, витает один позитив, работать легче, и смены быстрее пролетают (улыбается). А меньше всего я любила пересменки. Только привыкаешь к режиму, а он опять меняется. Также не любила и работать в день потому, что ты совершенно не видишь солнца и у тебя нет возможности под ним прогуляться по местным окрестностям.
Тяжелые условия труда мне не показались тяжелыми. Да, в первую смену было холодно, но зато в остальные дни мы теплее одевалась и больше двигалась, порой даже было жарко и капли пота текли по лбу. А к запаху рыбы, на самом деле, очень быстро привыкаешь. Пахнет первые 5 минут, потом ничего не чувствуешь. Да и порой в магазинах с отделами рыбы похуже пахнет.
Мне удалось поработать с разной рыбой: кетой, горбушей, гольцом, неркой, кижучем. Сложнее всего было работать с гольцом. Он меньше всех остальных, поэтому больше движений нужно было сделать, чтобы набрать им лоток. Когда, например, чтобы набрать нужный вес для кеты, достаточно было положить 5 рыб.
Также в первые дни работы мне было сложно отличить кету от кижуча, обе безголовые, без пятен и большие. Ведь до работы на заводе, я этих рыб вообще в руках не держала и не знала особенностей каждой.
Встретила медведя возле завода и сама смастерила качели
— Каждый день на заводе чем-то мне запомнился и по-своему был необычен. Например, в один день на территорию завода пришел медведь половить рыбы из реки. До этого медведей в естественной среде обитания я не видела, поэтому еще несколько дней боялась выходить на улицу, а если и выходила, то пугалась каждого шороха.
В другой день, после отработанной смены, мне стало интересно, что делают ребята на других позициях. Поэтому я «гуляла» по заводу, знакомилась с ребятами и просила показать и научить тому, чем они заняты, естественно, не нарушая порядок и не мешая их процессу. Так я побывала на «выбивке» — место, где рабочие достают уже замороженную рыбу из холодильников, вынимают ее из лотков и отправляют на упаковку/сборку для дальнейшей транспортировки. Ребята разрешили мне попробовать выбить несколько лотков, что с первого, да и со второго раза не получилось (смеётся). Работа только мужская, и как по мне, самая сложная, и физически, и тем, что постоянно стоишь у холодильников.
Потом, в свободное от работы время, мне стало скучно просто гулять по территории завода. И я придумала себе занятие! На улице, на территории завода, стоял старый турник, на котором очень редко кто-то из рабочих подтягивался, поэтому я решила из него сделать качели. Нашла дощечку, морскую толстую веревку, по наитию закрутила ее вокруг дощечки, перекинув через турник, и за 5 минут у меня вышли совсем неплохие и удобные качели. Сказать, что заводчане были в шоке — ничего не сказать. Мы потом по очереди всем заводом на них качались (смеётся).
За полтора месяца заработала на профессиональный фотоаппарат
— Зарплата на заводе у всех и всегда разная. Зависит от позиции, на которой стоите, и от премии, которая в свою очередь зависит от мастера — он выставляет так называемые паи, может, как и добавить, так и убавить. И самое главное, зарплата зависит от количества переработанной рыбы заводом.
Минимальная зарплата – «гарантийка», именно на нашем заводе была 70 тысяч рублей. Всё остальное – проценты от рыбы, поэтому максимума тут нет. В один год можешь уехать с этими 70 тысячами, а в другой заработать пол миллиона.
Лично я проработала на заводе 1,5 месяца. Ушла потому, что путина закончилась. Благодаря работе на заводе мне удалось заработать на мою давнюю мечту — профессиональный фотоаппарат.
Кроме того, работа на заводе дала мне прекрасную возможность увидеть красоты нашей необъятной страны, впервые побывать на Камчатке и попробовать местные морепродукты. Получить новую профессию, которая точно пригодится в будущем, теперь хоть знаю, как выглядит какая рыба и как ее отличить по виду и сорту. А также я приобрела новых друзей из разных уголков страны, от Калининграда до Владивостока.
На данный момент, обучаясь на 4-м курсе института культуры, готовлюсь к написанию диплома и думаю, с чем связать свою дальнейшую жизнь, ведь столько всего в мире еще не изведано и не попробовано (улыбается).
- Если вы хотите трудоустроиться и не знаете с чего начать, вам сюда
- Если вы трудоустроились, напишите в нашу редакцию
- Если вы столкнулись с мошенниками при трудоустройстве, подайте доклад о мошенничестве
- Блог
- Экотуризм
Лето на заводе на краю Земли
На Камчатку можно поехать с туристической группой, дикарем, волонтером. А можно отправиться туда на работу, когда начинается интенсивный лов рыбы. В этой статье делюсь опытом уже второй вахты на камчатском рыбзаводе. Расскажу, как пережить двенадцатичасовую смену, что такое шкерка, реально ли попробовать ресторанные блюда в деревне с одной улицей. И стоит ли вообще выбирать вахту как способ заработка.
Содержание
-
Дорога с приключениями
-
«12 часов каждый день 40 дней подряд»
-
Будни рыбзавода
-
Идем на разведку
-
Жизнь на краю земли
-
Закат в стиле рококо
-
Гастрофестиваль на краю света
-
Дни свободы
-
Неожиданный конец вахты
-
Вместо итога
Эту статью разместила в Сообществе наша читательница. Мы сохранили в ней авторский стиль. Становитесь и вы автором Gate 7: пишите статьи и получайте мили от других пользователей.
Путина — интенсивный вылов рыбы. На Камчатке, как правило, речь о лососевой путине, которая приходится на лето и начало осени. В это время лососевые рыбы — чавыча, горбуша, кижуч, нерка — выходят на нерест из моря в реки.
На путинную вахту студенту проще и безопаснее всего попасть через организацию Российские Студенческие Отряды (РСО). Я пользовалась региональной группой. Впервые я ездила на вахту в 2023 году, мне понравилось. Окрыленная этим опытом, я еще тогда решила — второй вахте быть!
Год прошел незаметно, и настало время поездки на путину-2024. Весь год я была твердо уверена, что мне это нужно, но в аэропорту вдруг поддалась сомнениям и тревогам. Я сильно переживала, хотелось остаться дома в уюте, где все, что тебе нужно для жизни, находится рядом. Но было поздно отступать, нельзя подводить свой отряд.
Студенческие отряды «Барракуда» и «Прибой»
Дорога с приключениями
Из Иркутска в Петропавловск-Камчатский мы летели с 6-часовой пересадкой в Хабаровске, в котором я никогда прежде не была. Мы прилетели в 5 утра, поэтому нам удалось только погулять по набережной и пройтись по улицам в центре. Мне не хватило этих крох впечатлений, чтобы сформировать мнение о городе. Но все еще впереди!
В Елизово мне все уже было знакомо — я помнила и пункт выдачи багажа, и снежный пик вулкана позади, и путь до автобуса. Мысленно я сравнивала каждую деталь новой поездки с прошлогодней вахтой. В этот раз нас ждала махина, у которой колеса были высотой с меня. Такого «автобуса» я еще не видела, иначе догадалась бы, как и где нам предстояло ехать.
На этом гиганте мы ехали обратно, но и тот, что доставил нас на вахту, выглядел примерно так же, хотя колеса были побольше
Кто-то сказал, что путь займет семь часов: это меньше, чем от Иркутска до моего родного Улан-Удэ. Днем поездка была сносной. Но семь часов начали подходить к концу, стало смеркаться, а мы все не приезжали. Мы грызли сахарные печенья и сухари, пили местный лимонад и колу. Дорога была в сплошной зелени, обволакиваемая розово́й увядшего заката. Выглядело живописно.
Когда мы в первый раз остановились на перекур, я подошла к водителю и спросила, сколько нам еще ехать. Его ответ заставил мои брови подняться вверх — «Еще столько же». Шоссе скоро закончилось и мы начали движение по косе среди воды. Тьма сгущалась. Вот зачем ему такие колеса!
Так мы ехали всю ночь. Движение было заторможенным, нас кидало из стороны в сторону, как во время шторма на корабле. Уснуть было невозможно, и мы уже давно нормально не ели. Считая минуты, я начала поддаваться плохому настроению и занимать себя то игрой в карты, то скачанной музыкой.
Начало светать. В пункт назначения мы добрались аккурат к пробуждению дневной смены. Нас заселили в общежитие. По сравнению с прошлогодним это была настоящая гостиница: там было все, что нужно для жизни, плюс хорошая отделка.
Следующая остановка была на самом заводе, на который нас привез местный автобус. На нем мы и ездили всю вахту, так как завод находился в 20 минутах от общежития. Завод был достаточно большой. Завтрак, к сожалению, на нас не приготовили. Поварам не сказали, что мы приедем, поэтому мы ели хлеб и печенье, а после занялись оформлением документов. Работа начиналась уже завтра, поэтому нам наконец дали время отдохнуть. К этому моменту мы не спали уже сутки.
Где-то очень далеко от Елизово
«12 часов каждый день 40 дней подряд»
И началась-поехала наша путина. 12 часов каждый день 40 дней подряд. Я хоть и приняла свою судьбу, но с самого начала хотела домой и торопила время.
На заводе работали две смены: каждая по 12 часов только днем, либо только ночью. В воскресенье был тяжелый день — пересменка. Если ты работал в дневную, то в воскресенье выходил утром на 6 часов, потом 6 часов перерыва и дальше начинал работать в ночь. А если работал в ночь, то выходил вечером на шесть часов, а дальше в понедельник начинал работать днем. Из этого следует, что в пересменку мы работали около 18 часов. Звучит ужасно, но с этим можно было справиться.
Первые дни мы мыли завод. Сначала ответственно, потом проходили по одним и тем же местам несколько раз, ну и под конец, перед тем, когда должна была пойти рыба, уже откровенно пинали балду. Когда рыбы нет, а ты все моешь и моешь то, что уже давно блестит, мотивация покидает тебя. Думаю, что мастера, ответственные за производство, это знали и закрывали глаза.
Стоит отметить, что на этом заводе нам выдали форму с фирменной аббревиатурой ККТ — Колхоз Красный Труженик, а также новые белоснежные фартуки и рукава. Казалось, престижное место и с деньгами. Сам завод — огромный цех, где расположены лента сортировки рыбы, три машины по разделке — две автоматические и одна ручная, — неподвижная лента для укладки камбалы, две ленты для укладки красной рыбы. А еще три холодильные комнаты, около девяти холодильников для заморозки в поддонах, две сушилки, две раздевалки, четыре погрузчика, около шестисот коробов для рыбы. На втором этаже — офисы и столовая, а также жилые контейнеры при заводе для рабочих и много собак для отпугивания медведей.
Поехали бы на вахту на таких условиях? С одной стороны, кругом потрясающая природа, с другой — 12-часовые смены. Напишите в комментариях!
Приехали 12 часов счастья
Можно фотосессии с такой дымкой устраивать
В конце смены здесь не протолкнуться
Показываем рыбов
На Камчатку поехали, а на вахту еще подумаем
В 12 часах смены нам обещали перерывы каждые 15 минут, что было правдой, пока не пошла рыба. С момента ее появления режим сменился на «Никаких перерывов! Рыбы много!». С перерывами работа шла, конечно, легче, но нам пришлось адаптироваться. К тому же все еще было свободное время в обед — один час и в ужин — полчаса. Так и стояли смену в ожидании сначала одного, потом другого.
Будни рыбзавода
Кроме нас на завод приехали студотряды из Хабаровска и Бийска, а также работали еще с весны обычные рабочие. Людей было много. Нашу небольшую бригаду из иркутского отряда поставили на ручную американскую машину по разделке. Сначала рыбу загружают в ванную, далее ее правильно кладут на ленту, машина отрубает ей голову, рыба падает на зигзагообразную железную ленту. Первый человек разрезает ей брюхо, второй (его роль досталась мне) вынимает все содержимое, третий режет почки. Далее несколько людей с помощью специальных трубок с газом вычищают кровь, и рыба, обмывшись в ванне, отправляется на сортировку и на укладку.
Сказать, что это было тяжело, — нисколько не соврать. В этом процессе куча подводных камней. Во-первых, ручная машина работает медленнее, чем автоматическая, поскольку последняя сама чистит и потрошит (шкерит) рыбу, нужно только удостовериться, что рыба чистая внутри. Во-вторых, машины постоянно ломаются: то газа в бочке нет, то рыба застряла, то лента остановилась. К тому же наша еще и плохо прорезала или вообще не прорезала рыбу, тогда ее возвращали на ленту снова. И мы, люди, могли не успевать за процессом, тогда жали кнопку стоп и производство застывало.
К однотипным механическим движениям долго привыкаешь, рука начинает забиваться, болеть в определенных местах, мышцы не успевают восстановиться за ночь. Внутренности приходится вырывать силой, так как машина плохо отрезает голову, и потому за 10,5 часов работы происходит перенапряжение кисти и пальцев. А моя работа оказалась еще и самая грязная — к концу смены мой фартук выглядел как кровавое месиво. Да, на такой работе приходиться многое терпеть. Если бы вы только видели, во что превращается рабочее место. Полы становятся красными от крови, везде горы отходов — все, из чего состоит рыба, запах тухлятины и канализации, роба, одежда и лицо в слизи, кишках и крови.
А позади — около шести мощных холодильников, из-за которых в цехе постоянно холодно и пар изо рта. Шум от машин и работы эквивалентен шуму на самом жестком рок-концерте. Только мы его слушали каждый день по 12 часов. К концу смены происходила замывка. И снова минус ручного производства: наши места всегда были самые грязные и их дольше всего приходилось замывать. Когда все уже собирались на автобус, предвкушая отдых, мы продолжали убираться.
И все же я помню свои ощущения в прошлом году: тогда я думала, что больше не смогу, что сейчас сдамся. В этот раз таких мыслей не возникало. Как и в прошлый раз, смены помогали переживать книги, подкасты и музыка. На работе всегда с наушником. Сколько Набокова было прослушано, сколько споров в музыкальных подкастах велось про себя, сколько новых альбомов попали в мои плейлисты.
Иногда с нужной рыбой приезжают и другие интересные друзья
Идем на разведку
Где-то после недели работы меня перевели на укладку. Это время было лучшим за всю рабочую путину! Мы находились отдельно от всех, потихоньку делали свою работу, которая была намного приятнее. Девочки укладывали рыбу по весу, а мальчики забивали и выбивали холодильник. Мы не торопились, иногда могли постоять, перекинуться парой слов, потянуться, вернуть слетевший наушник обратно в ухо. К тому же, рыба была уже чистая, мы сильно не марались и не мерзли, ведь холодильников рядом с нами было всего три.
В такие дни мы меньше уставали и шли до общежития пешком, исследуя местность. В первую прогулку выяснили, что живем в поселке Запорожье, а через мост находится поселок Озерновский. В Запорожье всего одна улица и три магазина, а в Озерновском есть школа, больница, пустая аптека, старые кладбища, церковь, куча магазинов, среди которых один даже с кассой самообслуживания. Еще заводы, у одного собственная набережная и вертолетная площадка. И все это в зеленом омуте местных растений, которые перемешиваются друг с дружкой, образуя плотное и очень толстое благоухающее покрывало.
Кусты борщевика достигают более двух метров в длину. Мы представляли, что там таятся медведи, а я всегда была начеку.
Медведи были рядом. Собаки отгоняли их от завода, некоторых, шарящихся в мусорке, засняли на видео. Одного медвежонка сняли, пока он плыл под мостом. Но я увидела медведя из автобуса, только когда мы уже ехали обратно в Елизово.
Ждем автобус
Как вам цена за гнилой персик
Горы
Жизнь на краю земли
Мы работали, каждый день ходили в местные магазины, так как однообразный рацион быстро надоел, общались в автобусе по пути в общежитие. Многие болели, и я в том числе. И каждый день проверяла таймер обратного отсчета до отъезда домой. Кто-то успел сломать ногу, слечь с аппендицитом, а пара человек даже скончалась по естественным причинам.
Меня удручало, что в аптеке нет лекарств, а до Елизово больше 10 часов пути и только наземным транспортом. Работница почты на мое желание отправить письмо сказала, что вряд ли его отправят в ближайшую неделю. В результате оно ушло через 10 дней после начала вахты и на момент написания статьи до адресата не добралось.
Цены на молочные продукты и фрукты здесь, конечно, удивляют
Закат в стиле рококо
Когда прошла уже половина вахты, рыбы стали привозить меньше. Однажды мы пришли на работу в ночную смену, готовые батрачить, а нам сказали, что нужно ждать еще часа два, пока приедут короба. Завод находится рядом с Охотским морем и мы отправились на берег.
Какой закат нас ждал! Зеленые холмы в дымке небесной сирени и колосящаяся трава. Нас отпустили с работы, да еще и море встречало нас буйством красок. Если описывать небо в терминах направлений живописи, это было бы рококо. Закатное солнце окрашивало облака в золото янтаря, которое на контрасте с фиолетово-синим небом выглядело как что-то невероятное, как те самые картины кисти художников эпохи рококо. Живописности этой картине добавляли корабли в синей воде.
Этот вечер был лучшим за все время: он позволил нам вдохнуть и выдохнуть, набраться моральных сил и продолжать дальше. Тем более в ту ночь мы проработали всего два часа и уехали спать. На следующий день отправились гулять по Озерновскому. Снова смотрели на море, но уже с другой стороны. Ели местную шаурму, зашли в пустующую аптеку, прикупили камчатских сапиков — это конфеты.
Еще по теме
Гастрофестиваль на краю света
Рабочий процесс замедлялся. Мы то работали в обычном режиме, то нас отправляли отдыхать пораньше. Из-за этого мы стали меньше уставать и у нас появилось больше свободного времени, которое мы старались потратить на исследование «края света».
Как-то нашей компании из семерых девочек удалось попасть на гастрономический фестиваль в День озерновской нерки. Проводить его приехали шефы из Москвы, Питера, Петропавловска и Елизово. Как же нам повезло тогда! На фесте готовили пять блюд с местными продуктами и неркой. Намазка на хлеб из нерки, салат с неркой, мандаринами и вялеными томатами, картофельная запеканка с неркой, суп с неркой, вкуснейшая паннакота с конфитюром и кедровым скальником.
Это был настоящий праздник живота, который сопровождался выступлениями местных ансамблей и сольных исполнителей. Местная библиотека приготовила чай из камчатских трав, которым мы тоже угостились. Это был замечательный день без работы, в котором нашлось месту новым впечатлениям. Мне было радостно смотреть на местных бабушек, у которых появился повод выйти на улицу, насладиться праздником и покушать вкусно и бесплатно.
Этому блюду я ставлю 100 из 10
Супчик пустоват, так как нерка — довольно сухая рыба
Невероятно вкусно!
Дни свободы
Мы много гуляли у моря и исследовали его фауну — к сожалению, уже неживую. На каменистом берегу помимо ржавых заброшенных судов мы находили панцири и клешни крабов всех размеров, кучки ламинарий, маленькие ракушки, засохшую камбалу, мертвых медуз, мидии и самый разный мусор. Наши мальчики успели несколько раз искупаться в море, но все девочки, включая меня, предпочли оставаться на теплом берегу.
Что это, откуда это, зачем это?
Капустка
Он не мертвый, просто спит…
В другой день мы поднялись на утесик. Присели на траву и наслаждались тишиной и нетронутыми пейзажами, в которых даже полоса дороги казалась атрибутом природы. Мы опасались встречи с медведем. Я несла палку, с которой было спокойнее. Однако по дороге нам встретилась только красавица-лиса.
Еще по теме
Вот так медведи и прячутся в траве
В еще один свободный день мы забрались на сопку, что была напротив общежития. Пробирались через высокие травы по склону, который, казалось, был перпендикулярен основанию. И хоть сопка выглядела достаточно низкой, пришлось потрудиться, попыхтеть, вспотеть и под конец присесть пару раз, прежде чем добраться до верха.
По сравнению с Иркутском на Камчатке совсем не тепло: в воздухе морось, частые осадки и сырость. По крайней мере, так я думала по окончании прошлой вахты. Однако в этом году край радовал нас солнечными днями и мягким климатом. Все же я всегда одевалась по-сибирски, поэтому на вершине сопки пришлось снять все теплые слои и остаться в одном топе. Приятный прохладный ветер обдувал разгоряченное тело, пока мы фотографировались и наблюдали за поселками свысока.
С сопки было видно горы повыше со снежными пиками, вулкан по другую сторону моря и косу, по которой мы приехали сюда. Я была невероятно рада, что мы в свободное время не сидим на кроватях, как в прошлом году. Тогда мы постоянно находились при заводе и нас никуда не отпускали, только в магазин и один раз погулять в последний день вахты.
Еще по теме
Конечно, я взяла свою соньку в путешествие. Максим отдыхает после подъема
Здесь нет высоких деревьев и густого леса, но есть борщевик
Еще одна локация, которую нам удалось посетить, — заброшенное общежитие в несколько этажей. Все, что полагается иметь заброшенному зданию, там имелось: разные вещи, немного мебели, мусор, плесень, предметы быта, из примечательного, магнитные ленты и маленькие пластинки. Коллега забрала себе домой пластинку Игоря Николаева в качестве сувенира. В заброшке не было настенных рисунков от местных школьников. Думается, это потому, что здесь просто не найти аэрозольных баллонов, если даже аптека пустует.
Заброшенное общежитие
Забрались на крышу
Неожиданный конец вахты
Я уже поняла, что так мы будем жить до конца вахты. Рыбы больше не будет, мы будем слоняться без дела, может, мыть завод. Но хотелось работать, чтобы поторопить время. Однако нас ждало совсем другое окончание.
Одним вечером ночная смена осталась в общежитии, так как перерабатывать было нечего, а по ночам завод не моют. Утром наша дневная смена как всегда ждала автобус, который первый раз задерживался. Он подъехал, но двери не открылись, водитель вышел и объявил, что нужно подождать, что на заводе ночью был рейд и сейчас все выясняется.
Несколько минут спустя мы все-таки отправились на завтрак. На территории завода кучковалась толпа: рабочие, все мастера, полиция, начальство. Окна в икорном цехе и входном помещении были разбиты. Повсюду сновали какие-то мужчины в балаклавах и камуфляже. Они-то и оккупировали завод. Нас отправили в общежитие, в которое позже заселился СОБР и ОМОН. И начались разборки двух сторон — старого и нового председателя, в которых нам не было места, но которые влияли на нас. Статью я пишу не для того, чтобы обсуждать это локальное дело, детали которого понятны и раскрыты только непосредственным участникам. Кому интересно, я оставлю ссылку на сюжет с федерального канала. Кроме того, можно найти статьи в интернете.
В результате рейда работа на заводе, несмотря на то, что рыбу все еще ловили и привозили, встала. Нас возили есть в столовую, но из-за того, что теперь ели обе смены, это превратилось в зоопарк. Приходилось стоять в очереди и ждать, пока поедят другие. Иногда тем, кто ел последний, не приходилось выбирать, например, гарнир, так как он заканчивался. Но это все мелочи.
Мы были в подвешенном состоянии: ждали, пока решится конфликт, ждали билеты домой и, главное, что будет с нашей зарплатой. По заявлению начальства, некоторые необходимые документы пропали, так как захватчики наведались и в контору. Было очевидно, что деньги за нашу работу по графику не выплатят. Хотелось знать, когда же, и когда нас отправят домой. Адвокат завода заверял каждый раз, что у студентов все будет хорошо.
Было решено начать консервацию завода до следующей путины. В последнюю неделю мы выходили до 3 часов дня мыть завод. Тем временем ребятам из Хабаровска и Бийска отправили билеты на самолет, а нам нет. Дух не просто падал, он стремился вниз на всех парах. Работать в таком состоянии совершенно не хотелось. Денег не ожидалось, билеты не приходили, конкретики не было — зачем мы должны были работать? Поэтому большинство валяло дурака, делая вид, что что-то моет. Осуждать за это сложно, но мне просто не хотелось притворяться, ведь так время идет медленнее. Поэтому пять дней все же пыталась что-то мыть. За день до обозначенного выезда из Запорожья нам все-таки пришли билеты.
Мы покинули рабочее место, написали заявление об увольнении, сдали форму под запись, сходили в контору, спросили еще раз про деньги (безрезультатно) и с небольшим всеобщим подъемом духа начали собирать вещи. На следующий день утром на вахтовке отправились в Петропавловск, там нам сняли временное общежитие. Дорога на этот раз оказалась как будто короче. Уже вечером мы были в городе. По пути любовались живописными видами, переправлялись на паромах или на своих огромных четырех колесах, наблюдали за морскими котиками, слушали музыку, смотрели на волны Охотского моря.
Вечером в Петропавловске успели подняться на самую низкую сопку, которая, как по мне, и не сопка вовсе, а холмик. Вид меня не впечатлил, ведь в прошлом году с другой сопки я видела весь Петропавловск-Камчатский с высоты птичьего полета. Зато на следующий день мы отправились на Халактырский пляж Тихого океана. Это то, что я бы обязательно повторила еще раз. Хоть я родом из Бурятии, всю жизнь рядом с Байкалом, здесь на океане ощущения были другие. Бескрайняя гладь цвета мокрый асфальт омывает черный вулканический песок, а позади вулкан и снежные пики. Серферы борются с пенными волнами, гонимыми сильным ветром. Людей не много и не мало, но пляж настолько просторный, что чувствуешь себя комфортно и свободно. Парни и тут искупались, а меня лишь обмочило неожиданно быстрой волной, и пришлось ходить босиком. Удалось поговорить с местным гидом и даже помочь ему с покупкой кофе, а также разгневаться на нечестного таксиста, который приехал по запросу одной цены, а потребовал в свой карман вдвое больше.
Утром следующего дня нас забрал автобус в аэропорт. На этот раз рейс был прямым — 5 часов и мы дома в Иркутске.
Вид из хостела
Наш отряд на Халактырском пляже
Ни за что не загоните меня в эту холодную воду
Вид с Никольской сопки
Вместо итога
А вместо итога так: я рада, что я дома. Вспоминаю ту часть путешествия, что мы провели свободно, с удовольствием. А ту, что помешала нашему рабочему процессу и все переиначила, приходится вспоминать до сих пор, потому что это еще не закончилось ни для завода, ни для нас. Но это уже для другого, нестатейного формата.
Посетить Камчатку стоит, и мне выпал шанс сделать это два раза и бесплатно. Правда, немного пришлось заплатить нервами. За кадром остались гейзеры, на которые я решила не ехать, и все подробности социальной жизни. В следующий раз, уже не в вахтенном формате, мечтаю увидеть вулкан и забраться на сопку побольше, а также попробовать камчатского краба.
Поддержите автора
Хороший текст заслуживает миль
На заработки в эти края едут многие бийчане, и часто возвращаются ни с чем
Вахтовый метод работы в Бийске невероятно популярен. Иногда это единственный шанс заработать на мечту. Татьяна Илющенко лето 2023 года провела на лососевой путине, и это время перевернуло ее представления о жизни. Сложно ли там работать и заплатят ли достойно? Об этом она рассказала в интервью «БР».
На заработки
Татьяна, как было принято решение поехать на Камчатку?
– Я слышала, что многие ездят туда на заработки, плюс эта работа более-менее схожа с моей, на рыбзаводе. И у меня была цель, на которую требовалась немалая сумма. Первым делом, я обратилась в кадровое агентство, которое находится в Бийске. Так как я собираюсь на вахту первый раз, не знала, какое из предприятий выбрать, какая у них репутация, и положилась на советы. Мне оформили северную санитарную книжку с дополнительными анализами. Весь перелет за счет работодателя, самостоятельно добиралась я только до аэропорта Новосибирска, а уже оттуда был куплен билет с пересадкой: Новосибирск-Хабаровск-Петропавловск.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Нас встретили, ночь провели в хостеле. Когда набрали группу из разных городов, на автобусе, который называется «вахтовка», повезли до места. Ехать долго, примерно десять часов. Это Соболевский район, село Устьевое, там и находится предприятие.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
16 июня я приехала на Камчатку, первый раз в жизни, работать вахтовым методом на рыбоперерабатывающем предприятии. Я была на лососевой путине, у нас массово шла горбуша. Бывают разные: белорыбица, минтай, треска, камбала.
Потребовалась какая-то особенная подготовка к поездке?
– Морально решиться оставить дома семью и поехать – очень сложно. Люди с опытом, кто уже ездил, рекомендовали с собой взять теплые вещи, побольше стелек для обуви, шапки, нательное теплое белье.
Книжку или что-то подобное не брала?
– Еще в конторе нас предупредили о графике работы: восемь часов работаешь, восемь отдыхаешь. Так я сразу понимала, что времени «на книжку» просто не будет. Единственное, я взяла слишком много теплых вещей, потому что потом нас полностью обеспечили хорошей спецодеждой.
Помнишь момент, как только ступили на землю Камчатки? Первое впечатление?
– Природа Камчатки поражает: ты видишь перед собой море, за морем – вулканы. Невероятная красота! Это абсолютно другой, мощный, свежий воздух. Каким бы ни был наш Алтай красивым, Камчатка впечатляет сильнее, ощущается сила и мощь.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
— Когда мы прибыли на побережье, было мрачно, шел дождь, и погода летом напоминала нашу середину октября. Предприятие огорожено, охрана, колючая проволока. Как нам объяснили, это для безопасности, так как могут подойти медведи. Само предприятие состоит из производственного участка, где проходит основная работа, столовой и трех общежитий: два мужских и одно женское. Правила такие: отбой в 23часа, после 22 часов гости не разрешались, находиться на территории можно только в трезвом виде, в туалетах и на территории общежития – не курить, не шуметь, убирать за собой. Душ и туалет – общие, одна стиральная машина на весь этаж. Для ночевок – пустая комната без тумбочек и шкафов, шесть двухярусных кроватей.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Всего 27 комнат, в каждой по шесть человек. Как «квартирного человека» меня это немного испугало, но спустя недели две к этому привыкаешь и не обращаешь внимания.
Какие люди туда приехали?
– Нас было около 400 человек, из них 150 человек – студенческий отряд.
Ребята со всей России: Чувашия, Новосибирск, Кемеровская область, Самара, Подмосковье, Краснодарский край, Забайкальский край, Хабаровск и другие. С Алтайского края – каждый четвертый, из Бийска в общей сложности – человек 15. Молодые ребята, возраст от 20 до 26 лет: тувинцы, буряты. Местные жители, которые работают на рыбоперерабатывающих заводах, тоже были.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
На что, в основном, планировали заработать?
– Конечно, были те, кто приехал, чтобы заработать на «айфон», но что меня поразило, многие трудились, чтобы получить средства на обучение. Например, молодые девчонки – на старт в бьюти-сфере, на профессиональные тренинги. Всегда думала, что на вахту едут только те, кого жизнь вынудила, но нет. Кто-то – заработать на машину, больше всех те, кто направит полученные деньги на ипотеку. Женщина из Барнаула ездит каждый год, она одна воспитывает двоих детей: отрабатывает лето, полностью собирает детей на год в школу, одевает и обувает, и деньги остаются что-то подделать дома. В прошлом году поменяла крышу, в этом – забор. 19-летняя девочка Дарья, у которой мама кинолог, и она сама профессионально занимается с собаками охотой, приехала заработать деньги на коршуна. Один нерусский парень — заработок направит на свадьбу.
Хвост к голове
Татьяна, расскажи, с чего началась работа.
– Предприятие получило лицензию на вылов рыбы, ориентировочно, она идет с середины июля. С июня мы готовили завод к работе: мыли его полностью, все оборудование: что-то подкрашивали, маркировали, готовили пакеты. Все это называлось хозработами и оплачивалось отдельно – 38 тысяч рублей в месяц. Гарантированная оплата заканчивалась тогда, когда человек приступал к переработке рыбы. И вот тут уже никто не знает, сколько тебе заплатят и как. Какое будет количество рыбы? Это своего рода лотерея. Наступило 10 июля, корабли вышли в Охотское море, стали ставить сети, вылавливают рыбу, а предприятие протянуло трубу с насосом. В нее подается рыба, и она качается насосом на завод.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Дополнительно в машинах возят большие кубы, куда входит тонна рыбы. Ее привозят, взвешивают и подают на завод по транспортной ленте. Впереди всех стоит сортировщик, потому что вместе с горбушей попадаются примеси, медузы, другие виды рыб, – это все откидывается. Та рыба, что идет к нам на производство, проходит через определенное оборудование, отрезается голова, шкура потрошится, потом стоят женщины на дочистке кишков, и далее все идет по конвейерной ленте, до момента укладки, шоковой моментальной заморозки и упаковки. Брикеты складируются, и, в основном, едут во Владивосток, а оттуда в Китай.
На какой операции стояла ты?
– Я стояла на такой операции, которая называется укладка. Мне нужно было ставить специальную емкость на весы и укладывать в нее рыбу, голова к голове в одну сторону, и хвост к хвосту в другую сторону. Так, чтобы в среднем выходило 11 кг рыбы с допуском 150-300 грамм. Это считается тяжелой работой, восемь часов стоишь и быстро складываешь рыбу. Через несколько дней уже работаешь на обезболивающих: руки сгибаются под размер рыбы и пальцы буквально скрючиваются.
В самом цехе холодно, но сырости на моем участке не было, в отличие от того, где вычищали кишки. Всем выдается специальная одежда, прорезиненные фартуки, перчатки, балаклавы. Предприятие обеспечивало всем, как я уже говорила.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Когда укладывала рыбу о чем-то думала? Или что-то наподобие: «хвост к голове»?
– Мысли были разные, от жалости к себе слезы наворачивались, но в основном, только и ждешь, когда закончится твоя смена. Потому что это тяжело, монотонно. На перерыв дается буквально 10-15 минут. Это такой тяжелый график работы, что просто превращаешься в зомби.
Были те, кто не выдержал уже буквально на первом этапе?
– Да, выбывали буквально после третьей «рыбной» смены. Многие простывали, заболевали. Или кому-то не подошел климат, мучило давление, воспаление артрита. Работа, на самом деле, очень тяжелая.
Когда работа заканчивалась, что делали? Сразу шли спать?
– Переодевались, шли в столовую, мыться и спать. Когда уже адаптировался к режиму, можно было выйти за территорию. Но для этого нужно обязательно брать пропуск – на выход и на вход.
По тундре погулять
Потребность выйти за территорию была?
– Да, я всегда брала пропуск и пешком гуляла по селу. Там есть река Кунушка, ходила к ней. Меня сильно интересовало море, бескрайние просторы тундры. В любое свободное время, когда была не сильно уставшая, шла на побережье.
Что тебя больше всего удивляло?
– Само село Устьевое и люди, которые там живут. Все вежливые, здороваются. Но первым делом, когда гуляешь там, видишь большое количество собак: как бездомных, так и хозяйских, при этом, они абсолютно все чипированные и стерилизованные.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Практически около каждого дома стоят пустые будки: собаки могут укрыться там от дождя или в непогоду. Рядом – тазики, куда люди выливают для них еду. Все собаки добрейшие: таких ласковых собак я не видела нигде! Каждая подходит гладиться. Люди их конечно, подкармливают неспроста: собаки им очень нужны – они первые предупредят о медведе.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Надеюсь, встречи с медведем не было?
– Нет, но лису я видела буквально на пороге общежития. В этом году медведей не было, рыбы было много, все наелись. А вот в 2022, как говорят, медведи были настолько голодными, что выходили до территории нашего предприятия.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Чем запомнились твои прогулки за территорией предприятия?
– Как-то я спустилась к берегу реки и увидела ягоду, которая чем-то напоминает нашу чернику. Собрала ее и спросила у местных, что это? Мне сказали, что это камчатская ягода, называется шикша. Она водянистая, не сильно сладкая. Говорят, что ее любят охотники, ведь слишком много воды с собой не возьмешь. Морошка мне попадалась, голубика – я первый раз в жизни эти ягоды попробовала. Голубика крупная, сладкая, сочная. Там вообще все крупное, мощное – это мой самый большой шок. А какой там размер одуванчиков! Цветок – с ладошку, высота стебля – выше колена.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Еще я ходила в местные магазины, рассчитанные на вахтовиков, но только для того, чтобы что-нибудь к чаю купить. Когда мы вселились в комнату, скинулись, купили маленький кипятильник – он стоил там 600 рублей.
Цены там конечно ого-го: килограмм говядины – 5000 рублей, халвы – 800 рублей.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Когда возвращалась с прогулок, рассказывала про них девчонкам, мне потом говорили: «Что ты! Это же тундра!»
Пропуск сложно было получить?
– Когда у нас были хозработы, до рыбы, нам разрешался выход либо с 9 до 14 часов, либо с 15 часов. Правила жесткие – в нетрезвом виде находиться на территории предприятия нельзя, сразу же выставят за ворота. Туда, в Устьевое, где находится всего-то 20-30 домов, ты нигде не остановишься, а до Петропавловска, на минуточку, ехать 10 часов. И то, только на вахтовке или частном извозе, обойдется это тысяч в 30 рублей. Но каждые выходные это не останавливало людей: пили, их выгоняли.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
К концу работы насколько тяжело морально, какая обстановка была?
– Сперва многие плакали: «хочу домой», а к концу очень со многими сдружились, было ощущение, что знаешь этих людей всю жизнь.
Интересно, что многие мечтали по возвращению нажарить картошки. Потому что кормили нас хоть и полноценно, но не очень сытно, некалорийно. Мне как женщине достаточно, мужчины не наедались. Поэтому мы и ходили, брали что-то к чаю, сколько бы это не стоило. Но и то – похудели там абсолютно все.
Расчет окончен
Завершила работу на путине горбуши ты в августе?
– С 10 июля по 10 августа у нас массово шла рыба, не было ни выходных, ничего, работали 8 через 8 часов. Потом начались шторма, корабли не выходили в море, подача рыбы прекратилась. Мы еще немного занимались хозработами, но уже началась тоска. Времени больше свободного, хотелось домой. Поехала обратно я 28 августа: был куплен билет, все обговорено, главное, чтобы не подвела погода. Потому что если сильные дожди, размывает глиняные дороги, и даже вахтовка не сможет пройти.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
На 28 августа меня записали на вахтовку, десять часов везли до Петропавловска. Там мы приехали в контору, где нам отдали санитарные книжки, договор-вкладыш для трудовой, расчетный лист. Только тут каждый увидел сумму, какую зарплату получил за эти три месяца.
Это были ожидаемо большие цифры?
– Все очень непонятно: работаю я, рядом со мной работает человек, и мы с ней получаем абсолютно разные деньги. У всех были такие разбеги в зарплате! Пока я стояла в отдел кадров в очереди, после того, как люди оттуда выходили, кто-то был в полном шоке, кто-то со слезами, кто-то сразу же брался звонить юристу. Когда я увидела свою зарплату, мне хотелось прыгать от счастья: да, я планировала больше, но по сравнению с другими, меня рассчитали нормально. Нам дали расчетки и оплатили одну ночь в хостеле Петропавловска. Хостел был шикарный! Сам район чем-то напомнил мне нашу Белокуриху.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Мне выдали билет на руки: вылет был от Петропавловска до Новосибирска прямым рейсом. Но были люди, про которых просто забыли, и им не купили билеты, а это самый пик, когда билеты стоят очень дорого. И если человека еще плохо рассчитали: 80 тысяч рублей за все дали, и еще 40 тысяч рублей еще надо потратить на билеты. Одной бийчанке билет достался такой: она неделю должна была жить в Петропавловске за свой счет, а потом выехать через Москву. И таких людей было много. Самый большой заработок получился у девушки из Тюмени – 350 тысяч рублей.
Сувениры какие-нибудь получилось привезти?
– Я собирала камни на побережье. Стоит представить: туда я уехала, и мой чемодан весил 15 кг, а обратно уже 23 кг. И килограмма три – это камни. Они меня впечатляли: чисто белые, гладкие абсолютно, или серебристые, с переливами.
Камчатка.
Фото: Татьяна Илющенко
Поедешь еще раз?
– Когда я была там, однозначно думала, что нет – никогда. Но сам климат мне очень подошел, без жары, с высокой влажностью – там я забыла про давление и головные боли. У меня появилась тоска по природе, воздуху Камчатки. Было желание зайти домой, взять домашних, и вернуться назад.
Работа на Камчатке. Обработка рыбы. Кухонный рабочий
Мудрость форума:
Работа
5 ответов
Последний —
Перейти
#1
#2
#3
Гость
У вас есть паспорт моряка,загран.паспорт,мед.комиссия,всякие » фантики» морские?
К чему этот бред?
#4
Гость
У вас есть паспорт моряка,загран.паспорт,мед.комиссия,всякие » фантики» морские?
К чему этот бред?
#5
На информационном ресурсе применяются cookie-файлы. Оставаясь на сайте, вы подтверждаете свое согласие на их использование.
Владивосток — морской город с уникальными профессиями. Одна из них — переработка рыбы во время путины. Этим занимаются не только профи: студенческие отряды добровольно едут на Камчатку, чтобы освоить новое ремесло и испытать себя.
Отряд «Жемчужина» — как раз такие энтузиасты. Ребята работают на рыбзаводе, перерабатывают улов, живут в заводском общежитии. Анастасия Назаренко — командир студотряда. Девушка учится на 2-м курсе направления «Фундаментальная физика» в Дальневосточном Федеральном университете. Именно она и погрузила нас в тонкости путинной жизни.
Анастасия, что вас привело на путину — профессиональная область, желание увидеть необычные места или всё-таки стремление заработать?
Cкорее, туда меня привёл студенческий отряд. В первую очередь, стало интересно попасть в среду единомышленников. Мы ищем себя, какие новые места можно изучить, с кем подружиться. Я только поступила в университет, и тут же в окружении появились ребята в бойцовках. Предложили съездить на Камчатку, поработать на предприятии, получить опыт и деньги. Меня зацепило. К тому же, это не просто работа, а жизнь в коллективе.
Вы работаете с людьми, которых постепенно узнаёте в течение этой, скажем так, командировки. Много времени проводите вместе, а потом на долгие годы остаются общие воспоминания. Одни дружат, другие крутят любовь. И меня, в первую очередь, зацепила вот эта общность. Студотряды — это по любви.
Позже я стала командиром отряда, потому что хотела помогать ребятам развиваться. Важно показать, что работа на заводе — это не страшно: у нас безопасно, всё официально, и это отличный способ разнообразить студенческую жизнь. Многие ошибочно думают, что там работают заключённые или обманывают с выплатами. Но мы как раз разрушаем эти мифы.
Как устроена жизнь рыбообработчика? Вы ходите на судах, работаете на плавбазах или — только суша?
В море мы никогда не выходим. В медкнижке ставят штамп, что только на берегу допускаемся к переработке рыбы. Её нам привозят моряки, которые и занимаются выловом.
Как проходит ваш рабочий день?
Вообще, на каждом рыбоперерабатывающем предприятии график работы может отличаться. Бывают смены 12/12 часов, 10/10 часов, и 8/8 часов. Где-то встречается и ненормированный рабочий день.
Мы работали по 8 часов. Если это дневная смена, то подъём в 7 утра. Умылись, позавтракали — и за станок. Очень важное правило — не опаздывать. За это сильно штрафуют.
8 часов идёт переработка рыбы. Это может быть первичная обработка, засол копчение, производство филе или рыбного фарша. Некоторые готовят консервированную продукцию. При этом везде свои тонкости.
В 16:00 мы уже свободны. На завод заступает уже следующая смена, а мы идём на обед и мыться, потому что после работы тело, волосы, кожа — всё отдаёт рыбным «ароматом». Ну а после — можно, конечно, лечь спать, но мы никогда так не делали. Репетировали творческие номера, ходили в ближайший поселок за продуктами, гуляли и проводили вместе с остальными ребятами время.
Какой график был самым тяжёлым для вас?
Дневные смены — просто ад. С 12 до 8 — психологически невыносимо: время тянется, а солнце за окном так и манит. Ночные лично мне давались легче, но это всё индивидуально.
Это отражается на режиме сна?
Мы спали днём и ночью, где угодно: на бетоне, стоя, сидя, на лавочке, которая 30 сантиметров в ширину. Спокойно вообще. Ты привыкаешь к этому времени. Лично я спала обычно по четыре часа в сутки.
Как удаётся совмещать подработку с учёбой? Рыба ведь может идти и осенью, и весной, а в это время студенты обычно на парах.
Существует три вида путины. Весенняя, летняя и осенняя. На весенне-осенней я не была, но туда можно поехать, если у вас нет учебы. Летом мы работаем с начала июля и до конца августа. Всё зависит от того, когда пойдёт рыба, ну, и от региона тоже. Например, на Сахалине путина начинается позже.
Какую рыбу чаще всего приходится обрабатывать?
Сначала приходит горбуша. Она стоит дешевле, чем кета. Бывает, у нас голец. Его мы не потрошим, а просто сортируем по палетам и замораживаем. Где-то через три недели или месяц приходит кета. Она крупнее и дороже. Бывает, иногда заходит речная рыба, но её немного.
Из чего складывается зарплата у рыбообработчика?
Это сложный вопрос. Мы не знаем, сколько денег получим в конце, а можем только прикидывать. Всё зависит от того, сколько рыбы завод переработает за сезон, сколько её выловят моряки.
Существует и такое понятие, как пай. Это твоя доля от переработанной рыбы. Изначально он равен 1, но за ошибки могут снизить до 0.9, 0.5 или даже до нуля. Например, у нас работали «ложечники» — они вычищали рыбу тупыми ложками и медленно работали, за что получили пай 0.9. Но это мелочи по сравнению с серьёзными нарушениями: испортить партию (недозамораживание), нарушить технику безопасности (чистка работающего оборудования) — за это пай могут обнулить сразу. Но на моей памяти ещё ни разу сотруднику не обнуляли такой «рейтинг».
А были какие-то интересные случаи за время работы?
За полтора месяца необычных случаев — вагон и маленькая тележка! Мой первый полёт на вертолёте, пейзажи Камчатки, вулканы и горячие источники, прогулки по Петропавловску, встреча с медведями. Уникальный опыт: и заработала, и эмоции получила, и увидела столько красоты — когда ещё выпадет такой шанс?
Говорят, если долго работать с рыбой, её запах въедается намертво — не отмыть, не отстирать. Так ли это на самом деле?
От кожи и одежды он смывается быстро, но вот в носу задерживается надолго. Даже когда ты уже пахнешь мылом «Дюшес», еда кажется рыбной. этот эффект у меня держался около месяца.
Но настоящее испытание — работа на ленте с рыбными внутренностями. Кишки, селезёнка, икра… Этот «аромат» преследовал меня даже во сне, где я неделями перебирала икру. Потом, слава богу, сны прекратились. Видимо, мозг сдался. Но каждое утро начиналось с одной мысли: «Опять туда»…
А есть ли в вашей среде профессиональные суеверия? Например, нельзя рыбу какой-то определённой стороной класть на станок или что-то в этом духе?
У нас вообще, в принципе, в РСО (Российские студенческие отряды — прим. ред.) есть поверье, что во время путины бойцовку стирать нельзя. Да, она воняет рыбой, но так и должно быть. Если вы отстираете её, то рыба больше не придет. А вы уедете с пустыми карманами.
Ещё у нашего студотряда есть свой талисман — белуха Леха. Без него на рыбообработку мы не ездим. Он нам приносит удачу.
Есть ли у тебя предубеждения о доме и родных местах?
Когда я только приехала на Камчатку, это был совершенно новый опыт — я мечтала о путешествиях и приключениях. Но реальность оказалась сложнее: ты взрослый человек, полностью отвечаешь за себя, свою зарплату и отношения в отряде. Живешь в общаге с малознакомыми людьми, которые со временем начинают раздражать.
Бывают моменты, особенно в середине смены, когда усталость берёт своё: хочешь в тёплую кровать, к маминому супу, а не к этой непонятной еде. Холод, простуда, тоска по дому — всё это давит.
Но именно отряд становится спасением. Вы вместе переживаете трудности, поддерживаете друг друга, и постепенно становится легче. Время ускоряется, смены заканчиваются, и ты понимаешь: да, домой хочется всегда, но и здесь, в этом необычном опыте, есть что-то ценное и важное.
Редакция «Вечернего Владивостока» благодарит студенческий отряд «Жемчужина» и лично Анастасию Назаренко за предоставленные фотоматериалы.