Путешествие в автодоме по россии отзывы

В душе ее таинственно
Смешались ложь и истина
Актрисы непростого ремесла.
Ему единственно верна хотела быть она.

Убита женщина, в прошлом звезда немого кино, и хотя на дворе только начало тридцатых, но ощущение, что с десятых, когда царила на экранах Варя Метель (такой альтернативный вариант Веры Холодной), кажется, что с тех пор прошла эпоха. Следственная бригада ожидает увидеть в забитой мебелью со всей огромной квартиры старуху, вроде Плюшкина в юбке, а находит сияющей красоты молодую женщину, такую Панночку, никак от Гоголя не уйти.

Кстати, жильцы коммуналки, похоже, не в обиде на нее за отнятую бывшей хозяйкой уплотненных хором возможность попользоваться дорогими мебелями. Напротив Варю здесь боготворят, вообще квартира производит впечатление скорее хорошо организованной коммуны: все при деле, вежливы, чистота на кухне и в местах общего пользования. Очень скоро выясняется, что все они из числа давних поклонников, и все оказывали актрисе-затворнице какие-нибудь услуги: есть мастер-золотые руки, стоматолог, маникюрша, повариха, и всем им от щедрот Вари что-то перепадало. А у нее откуда деньги? Разумно распорядилась драгоценностями со времен своей звездной славы, сбывает в Торгсин через преданную домработницу. И много еще чего осталось.

Оставалось. Теперь футляры пусты. Вот и мотив преступления, дело за малым — отыскать вора (ну, вы помните: «кто шляпку спер, тот и тетку пришил»). Однако все не так просто, очень скоро выясняется, что Варя вела записки и кто-то в самом высоком руководстве сильно заинтересован в их нахождении. Далее поиски, которые превращаются в бег с препятствиями и гонку с преследованием в стиле «Двенадцати стульев», даже мебель тут расползается как тараканы.

Третий роман Юлии Яковлевой о сыщике Зайцеве устроен как расследование, перемежаемое выдержками из записок Варвары, содержащих крайне скандальные сведения о партийной, хозяйственной и культурной элите. Все эти люди ведь тоже не вчера родились и по сути, звездный статус обеспечивал ей доступ в круги, где они вращались. Вставки авантюрные, как история похода в «Медведь» с переодетым юной барышней гимназистом; жуткие, как посещение крематория в обществе чекистских чинов; скабрезные, вроде знаменитого ныне артиста, на заре карьеры не гнушавшегося альфонсизмом

Стилистически эта часть тяготеет к Тэфи: ярко, остро, саркастично, с умением посмеяться над собой. Что касается содержания, то например история исчезновения балерины Ивановой, одна из питерских легенд, которую Быков обыгрывает в «Остромове», у балетного критика Яковлевой мрачнее и кажется ближе к реальности. Отец советской дипломатии Георгий Чичерин предстает не только геем, но и любителем совсем юных. Женатый Леонид Утесов на содержании богатой любовницы, от которой принимает в подарок драгоценности. В общем, разоблачения, способные не только разрушить репутацию советских деятелей, к началу тридцатых прочно отмежевавшихся от вольностей и безумств начала века, но и создать прецедент дипломатического скандала (был там скользкий эпизод с катанием на лодке).

Детективная часть немного абсурдистская, с широким использованием чудес техники, вроде автопробега с участием «Изотты Фраскини», грузового лифта в ленинградской коммуналке 30-х, полетов на аэроплане в обществе поросенка-актера, которого вы не забудете. если хоть однажды смотрели «Веселых ребят» Александрова с Орловой и Утесовым. Кстати, они тоже появятся на страницах, как и вымаранные из титров. арестованные к моменту выхода на экраны фильма сценаристы Эрдман и Масс. Найдется здесь место и жестокой истории с розыгрышем, участников которой не могу вспомнить, но точно знаю, что имела быть среди мистификаций Серебряного века. когда некрасивой старой деве двое молодых охламонов писали любовные письма в стиле «Гранатового браслета» от имени как-бы робкого поклонника.

За детективную составляющую «Небо в алмазах» сильно не хвалят — но мне ее как раз больше, чем хватило. Всяко логичнее и реальнее, чем мужик, который закатывает мертвецов в снеговики и поднимает на второй этаж или тот урод, который колесит с фургоном, полным земли в мешках и гробом, чтобы заживо прикопать жертву в загодя вырытой пустой могиле. То и другое в топах современного мирового триллера-детектива.

А цветных камушков на тропе читательского интереса, намекающих на далеко не безупречно-пролетарское происхождение героя, и далеко не василье-зайцевскую (сочетание двух ленинградских топонимов) реальную его фамилию все больше. Очень надеюсь, что Юлия вернется к этой серии и напишет продолжение.

Как жаль, что это последний из написанных детективов из серии о следователе Зайцеве. Очень уж мне нравятся эти ретро-детективы!
А в этом ещё и тема шикарная: забытые актеры немого кино и восходящие звезды звукового.
Просто прекрасные описания съёмок фильма «Весёлые ребята» в Гаграх. Неожиданные характеристики Леонида Утесова, Александрова, Любови Орловой.
Не небожители, не иконы стиля — просто люди со своими слабостями и пороками.
Сама детективная история, как и в других романах цикла, особо не затягивает. Хотя, опять же, превосходное описание странной коммуналки, дорогих украшений, антикварной мебели.
Даже люди не столь интересны, как все эти мелочи.
Очень хочу продолжения!

Мне показалось, что к третьей книге цикла Следователь Зайцев Юлии Яковлевой — Небо в алмазах — степень читабельности выросла. Титульный герой не бравирует больше загадкой своего происхождения, буквально 3-4 раза вспоминает о своем аристократическом детстве, наверное ради тех, «кто к к нам только что присоединился». Сражение между МВД и ГПУ больше не является сюжетообразующим и упоминается тоже всего пару раз, чтобы объяснить особый статус Зайцева и Епифанова. Атмосфера по прежнему очень фактурная, но более дружелюбная к читателю, более светлая… Но самое главное — мир изобразительного искусства сменился миром кинематографа, в центре советская эпоха джаза с Леонидом Утесовым.
По сюжету, главы с расследованием убийства чередуются с главами из дневника киноактрисы, и это позволяет автору создать сверкающую мозаику взлетов и падений героини.
Но ко времени действия произведения на кино-небосклоне новые звезды, и читатель из-за кулис может видеть, как снималась первая советская музыкальная комедия — Веселые ребята. Которая, кстати, имела успех и за рубежом и даже участвовала в программе второго Венецианского кинофестиваля. По своей фамилии названы Утесов и Александров, а многие другие исторические персонажи, либо под псевдонимом, либо просто по именам. Уверен, что выяснять кто есть кто — отдельное удовольствие для знатоков. С другой стороны, не знаю смотрели ли этот фильм более молодые читатели и знают ли они, как выглядели его персонажи.
Как детектив книга не оставляет шансов разгадать загадку, хотя намеков вроде бы достаточно много. В качестве тайм-киллера роман хорош и читать его не стыдно. Есть в произведении еще один слой, проявляющийся только в самом конце, но как рассказать о нем без спойлеров я не знаю.
Ну и толстый клиффхэнгер (привет, Утесов) не оставляет шансов, что роман будет последним в цикле. Буду ли я его читать следующие — не знаю, честное слово.
UPD: после чтения Перед изгнанием. 1887-1919 Феликса Юсупова мне стало ясно, что эпизод в ресторане «Медведь» целиком основан на мемуарных воспоминаниях князя о приключениях с братом и его подружкой. Может ли быть, что и остальные «дневниковые» записи героини носят если и не подлинный, то основанный на чем-либо характер?

В одном старом романе Марининой интрига строится вокруг того, что некий (японский?) автор детективов приобрел мировую известность благодаря своему переводчику: писатель сочинял захватывающие истории, но писал из рук вон плохо; в результате же блестящего перевода-пересказа текст обретал и красоту, и глубину — так что и переводы на другие языки делались с русского, а не языка оригинала.

С сериалом о сыщике Зайцеве ситуация ровно противоположная: ему страшно не хватает изобретательного придумщика сюжетов. Стиль практически идеальный; атмосфера передана прекрасно, я до сих пор, по прошествии двух дней, нахожусь под впечатлением и маюсь, чего бы еще почитать «из той эпохи». Придуманные персонажи убедительны; персонажи, позаимствованные из реального мира, вписались замечательно; описание съемок «Веселых ребят» в Крыму — словно сама в Гаграх побывала. Одна неувязочка — это все-таки детектив… Точно, мы же расследуем убийство! А вот с убийствами как-то не получается. Два предыдущих романа цикла я читала с таким же удовольствием, но детективную фабулу уже практически не помню — не она там главная. Но раньше хотя бы присутствовали логика и какой-никакой саспенс. Тут же убийство звезды немого кино — лишь повод поговорить о тридцатых годах. Сама она никому не интересна, даже автору, похоже.

Ах, если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколь-нибудь развязанное, какая у Балтазара Балтазаровича, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича… Получился бы идеальный ретро-детектив.

Это книга даже и не детектив, а отходная по актрисе, которая ошиблась не то, чтобы эпохой, а опоздала на последний пароход. Не успела к французским булкам и турецкому кофию. Даже пыталась прижиться, да не вышло. Вот следователь Зайцев сумел мимикрировать, а Варвара Метель — нет. Это история душевного истощения отдельно взятого человека, чей талант и чьи жизненные принципы оказались этой стане и этой эпохе не нужны. Мало того. Они оказались опасны.
Что мне действительно понравилось в романе, так это отступление от детективных канонов. Прекрасный способ раскрыть эпоху. И откровенный стиль мемуаров Варвары Метель, отдельными вставками добавленный в процесс раскрытия обстоятельств её смерти.