Общество практикующих психологов гештальт подход отзывы

Сообщество

Картинка с сайта: neveev.livejournal.com

Одна из моих подписчиц прислала мне довольно интересный и развернутый отзыв о своей попытке освоения гештальт-терапии. Отзыв раскрывает не только проблемы, существующие у платных обучающих программ по такого рода сомнительным практикам, но и сущность гештальт-терапии, ее иррационализм и субъективизм.

Оригинальное название отзыва «Стать гештальт-терапевтом могут не только лишь все, мало кто может это сделать» для ЖЖ длинновато, но не упомянуть о нем невозможно

Итак, отзыв (с незначительными правками и сокращениями).

Я посещала курсы, которые проводил Киевский филиал Московского гештальт-института, полтора года, таким образом, окончив первую ступень их программы.

Мне кажется, сначала стоит в двух словах описать организацию учебного процесса. Весь курс делился на определенное количество «трехдневок», каждая из которых начиналась во второй половине в пятницу и длилась все выходные. Точно регулярность не назову, но за полтора года было проведено около 5-6 таких трехдневок. Цена одной трехдневки в то время составляла 120 долларов.

Занятия начинались с «шеринга», то есть участники и тренеры делились своими новостями и переживаниями. О странных особенностях этого шеринга будет сказано ниже.

Далее обычно мы принимались либо за упражнения, приведенные в «Практике гештальт-терапии» Перлза или разработанные другими гештальт-терапевтами.

В качестве примера таких упражнений предлагаю рассмотреть  упражнение «Точки». Это крайне непонятное и странное времяпровождение, которое, на мой взгляд, лучше всего подходит скучающим ученикам на задних партах. Выполнялось в коллективе из 3-4 участников. Каждому дали по маркеру контрастных цветов и лист бумаги один на группу. Сказали: «Ставьте точки, пока время не выйдет». И, короче, мы начали ставить точки. Кто как хотел. Мне эта затея показалась очень скучной и тупой, потому я лично ставила их очень лениво и где попало. Некоторые упорядочивали свои точки в какой-то узор, кто-то пытался залепить своими точками как можно больше пространства, кто-то размещал их по всему листу, а кто-то в уголке со своей стороны. Ну, в общем, ясно, что подходы были разные.

С толкованием сего действа была беда. Оказалось, что вот как мы ставили точки — так мы взаимодействуем в группе, причем у меня сложилось впечатление, что речь шла о том, что не только в этот раз, а вообще. Как будто если я ставила мало точек без системы, то я рассеяна и мало проявляю себя в группе. В любой группе не зависимо от моего настроения и целей. Другие манеры ставить точки тоже разбирались, но я не вникала, потому что, как уже объяснила, это упражнение казалось мне дурацким с самого начала.

Подобного рода упражнений еще было около десятка, и, в общем, не все были очень плохи, а у меня большее несогласие и удивление вызывали так называемые обсуждения результатов (шеринг). В них постоянно делались попытки все излишне обобщить, притянуть за уши какие-то понятия и категории гештальт-терапии. Возражения относительно некорректности некоторых выводов и толкований не особо принимались во внимание, потому что общая идея состояла в том, что ты себя вообще не знаешь, а вот эти упражнения, сделанные за 10-15 минут, откроют тебе глаза на твою истинную суть.

Помимо упражнений еще проводились «работы». По сути, «работа» – это индивидуальная консультация с терапевтом относительно какого-то необширного вопроса или проблемы с терапевтом-тренером, только в кругу других участников. Смысл сего вида деятельности, как нам объяснили, был в том, чтобы: во-первых, остальные, наблюдая за беседой тренера и клиента каким-то образом учились консультировать, а во-вторых, чтобы потом «использовать ресурс группы», когда в конце работы студенты имели возможность задать вопросы тренерам и выразить свои эмоции по поводу работы. Честно сказать, эта штука — ресурс группы — была для меня одной из самых загадочных вещей и осталась таковой по сию пору.

Само по себе нормальное в моем представлении преподавание «основ гештальт-терапии», то есть лекции, списки литературы (подробнее о которых позже) занимали в трехдневке в лучшем случае 40 минут.

Вечером в воскресенье проводился заключительный шеринг по тому же принципу. Ну и еще отдельно каждый день начинался и заканчивался тоже кратким шерингом.

Теперь о причинах, по которым я прекратила посещение этих тренингов или курсов, даже не знаю, как назвать. Их можно разделить на несколько групп:

1. Несогласие и неприятие некоторых идей гештальт-терапии, таких как:

• разделение рационального начала и эмоций с явным приоритетом началу эмоциональному;
• очень сомнительные постулаты, не понятно на чем основанные, но которые нужно было принимать как данность и, исходя из них, уже что-то делать. Например, утверждалось, что стыд в любой ситуации указывает на подавленное желание чего-то, или что похлопывание себя по бедру во время «работы» значит, что клиент испытывает агрессию к себе и как бы бьет себя;
• большая роль терапевта и его личности в терапии, он как бы эксперт в тебе получше тебя самого, и если он тебе, скажем, говорит, как я написала выше, что у тебя к себе агрессия, то у тебя два выхода: сразу согласиться или попробовать возразить, тогда терапевт припишет это твоему сопротивлению и начнет с ним «работать»;
• огромное внимание к снам и ассоциациям, но при этом существование каких-то общих шаблонов толкования этого всего. Безотносительно показаний по этому поводу самого клиента;
• идея о том, что человек строит отношения со всеми людьми одинаково, потому терапевт на основании его впечатлений от отношения к нему клиента может судить о том, какие у клиента могут быть проблемы в отношениях. Ну и что под чутким руководством даже конченный социопат может один раз научиться строить равноправные комфортные отношения — и все, с тех пор он всегда будет это уметь, если будет все делать правильно. Как правильно — неясно, нужно не умничать, а на эмоциях сосредоточиться.

2. Организация учебного процесса:

• на мой взгляд, ничтожно малое время, отведенное непосредственно на лекции и ответы на вопросы о теории. С другой стороны, чего было ждать, если тренеры постоянно требуют не умничать, не рационализировать и так далее. Так во что хочешь поверишь;
• очень стремный список рекомендованной литературы, где кроме книг по непосредственно гештальт-терапии как минимум треть представляла собой художественную литературу, причем некоторые произведения вообще были для детей младшего школьного возраста, увы, что именно там было я уже забыла, а список не сохранился. Предполагалось, что эти самые сказочки должны помочь что-то переосмыслить. Что 14 разных человек в одной группе могут переосмыслить, прочитав на всех одно произведение для детей — затрудняюсь сказать. И это в то время, когда на сайте филиала упоминается, что во многом концепция гештальт-терапии формировалась под влиянием экзистенциалистов, в том числе Сартра, никакого Сартра нам читать не советовали. Видимо, для первой ступени это слишком сложно;
• за полтора года ни разу не было проведено хоть малейшего контроля знаний. Никого не интересовало проверить, кто что понял, запомнил или прочел.

3. Организация работы группы:

• постоянно велись разговоры о безопасности группы, психологическом комфорте и тому подобном. Реализовывались эти принципы так, что мне, например, не давали смеяться, когда я слышала, что человек абсолютно серьезно рассказывает, что умеет видеть будущее, материализует деньги и умеет исцелять наложением рук, однако, тренеры весьма равнодушно относились к недовольству остальных студентов по поводу того, что вот, посреди трехдневки в группу вваливается два злобно забивающих на процесс обучения тела, тем самым как раз добавляя постоянного стресса, дискомфорта для всех участников, которые должны делиться переживаниями и личной информацией;
• чтобы получить сертификат об окончании первой ступени нужно отзаниматься в группе пять трехдневок из 6, т.е. около 180 астрономических часов. И вот у нас в группе было два участника, которые физически присутствовали на этих курсах в общей сложности около 80 часов из 180. Они могли посидеть полдня в субботу, например, не явившись в пятницу и воскресенье. Или пропустить подряд 2 занятия, а потом прийти на полтрехдневки. Естественно, это сильно раздражало, во-первых, из-за халатного отношения к «учебному плану» со стороны как студентов, так и тренеров и усиливало подозрения в отсутствии любых образовательных целей у всей этой активности, а во-вторых, остальные члены группы уже более-менее привыкли друг к другу и потому при отсутствии этих двух участников «работы», о которых я упоминала, проходили как-то легче ввиду отсутствия малознакомых людей;
• вопросы по теории гештальт-терапии не очень приветствовались. На вопрос, откуда, например, взято, что похлопывание себя по ноге — это обязательно проявление аутоагрессии, ответы были разные: то потом это разберем; то как-то все сводили к тому, что несогласие с этой идеей у меня лежит в моей работе с личным терапевтом и мне нужно спросить у него про тот конкретный случай, о котором я говорю; то вообще меня спрашивали, почему это меня сейчас интересует, может, этот вопрос возник только потому, что я хочу отвлечься от неприятных мне эмоций, поэтому мне лучше сейчас обратить внимание на свои переживания.

4. Другие, разнообразные претензии:

• сексизм. Я никак не могу умолчать об этом, потому что, на мой взгляд, это омерзительно и недопустимо. Оба тренера и оба моих личных терапевта, к которым я ходила, были убеждены, что есть какие-то серьезные отличия между эмоциональностью и рациональностью у мужчин и женщин, и что есть какие-то особые методы, по которым нужно работать с клиентом, принимая в учет его пол, не интересуясь личностными качествами. Для примера кратко опишу одну из «работ». Мы с тренером обсуждали мою непонятную для меня антипатию к одному парнишке, которого я впервые увидела лет в 12 в коридоре школы, где мы оба находились, чтобы писать какую-то олимпиаду. После этого я видела его каждый год по пару раз при тех же обстоятельствах, и он мне все больше не нравился, а потом, когда мне было 15, оказалось, что мы с ним будем одногруппниками в лицее, куда оба перешли из своих школ. Через некоторое время этот человек начал проявлять ко мне симпатию. Из этого оба тренера сделали вывод, что я его невзлюбила, подавляя свою симпатию к нему. На чем это было основано не понятно, если не считать того, что я женского пола и романтика меня должна больше интересовать, чем победа на олимпиаде. Что удивительно, тренеры даже хронологию событий умудрились перепутать, слушая меня. Каким-то образом у них получилось это услышать так, что сначала были какие-то его знаки внимания, а потом я начала проявлять к нему антипатию. Спешу предупредить возможные возражения — это далеко не единичный случай, у тренеров были убеждения и относительно мужчин (менее эмоциональны, почему-то более ревнивы, обязательно имеют порывы к полигамии и т.д);
• специальная лексика и манера речи. За полтора года все участники группы начали употреблять в речи какие-то дурацкие термины и обороты речи, принятые в кругу  гештальт-терапевтов, при чем часто замена привычных названий на новые была абсолютно не обоснована;
• отдельно не могу не упомянуть про феерический контингент людей, которые учились гештальт-терапии или уже работали тренерами. Тех, которые не увлекались всякой чушью типа фен-шуя, чакр, силы космоса, материальных мыслей, рейками, бесконтактным массажем, астрологиями, телепатиями и прочим добром, можно было на пальцах перечесть, и то многие из них были просто слишком ленивы для этого, а не слишком скептичны.

Ну, что, понравилось? Удалось понять, насколько уютным рассадником иррационализма и субъективизма является гештальт-терапия?..

ОБЩЕСТВО ПРАКТИКУЮЩИХ ПСИХОЛОГОВ И ПСИХОТЕРАПЕВТОВ
«ГЕШТАЛЬТ-ПОДХОД»
Программа «Московский гештальт-институт»

ПРИГЛАШАЕМ НА ЛУЧШУЮ ОБРАЗОВАТЕЛЬНУЮ И ТЕРАПЕВТИЧЕСКУЮ ПРОГРАММУ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ И ВЗРОСЛЕЮЩИХ.
ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИИ.

Гешатальт-терапия или в более широком контексте гештальт-подход — современная школа психотерапии и личностного развития, которая гармонично сочетает в себе научную основу, искусство и навыки. 

Обучение включает две ступени: 1 ступень направлена на получение клиентского опыта, включает в себя групповую терапию, работу с личным индивидуальным терапевтом, а также знакомство с методом, основными понятиями и принципами гештальт-терапии.
2 ступень – профессиональная подготовка гештальт-терапевта, включает теоретическую и практическую подготовку, супервизию, начало самостоятельной практики и заканчивается сертификацией.

Гештальтт-терапию можно лаконично изложить в пяти принципах: актуальная потребность, осознавание, выбор, ответственность, творческая адаптация.
Актуальная потребность: поиск и определение своего «хочу», узнавание настоящих потребностей,  желаний и намерений, обращение внимания на энергетический потенциал, а также опора на тело, ощущения, чувства и переживания.
Осознавание: лучший аналог этому понятию в современном представлении – обнаружение и внимательность. С одной стороны это обнаружение более глубокого интеллектуального понимания-осмысления и переживания себя в мире и мира в себе, с другой стороны это одномоментная интеграция в просветляющую картину сенсорного, чувственного и поведенческого опыта.
Выбор: текучесть бытия, предполагает гибкость выбора и соответствие его ситуации, потребности, и нашим возможностям и ограничениям. Осознавание себя как центра и источника выбора.
Ответственность: кто руководит нами, в чьих руках воля? Один ответ — конечно в наших, и тогда важно принять ответственность за свою жизнь, свой путь, свое мировоззрение, другой ответ – мы создаем ситуацию, а ситуация в свою очередь создает нас. Задача — обрести баланс ответственности перед собой и окружающего мира и людей перед нами.
Творческая адаптация: часто мы действуем стереотипно, отвечая на похожую ситуацию одним и тем же неэффективным способом. В случае творческой адаптации каждый новый выбор предполагает встречу с новым опытом и создает поле новых возможностей и многогранного развития.

Всем этим и не только более глубоко и подробно посредством различным форм работы (лекции, упражнения и эксперименты, индивидуальные и групповые сессии, супервизия) мы будем заниматься во время встреч (один раз в 1.5-2 месяца три дня, пятница с 17.00 до 21.00, суббота 11.00-19.00, воскресенье 10.00-18.00).

Ведущие: Светлана Лукьянцева, практикующий психолог, преподаватель МГУ им. Кулешова, сертифицированный гештальт-терапевт, супервизор, тренер МГИ (ОППГП). +375296641834; +375295431567
Василий Могилевчик, врач-психиатр и психотерапевт, сертифицированный гештальт-терапевт, супервизор, тренер МГИ (ОППГП). +375447009968; +375336269800

Сайт нашего общества практикующих психологов «Гештальт-подход» был создан в середине 90-х. Его делали не профессионалы и за десяток лет на нем накопилось множество плохо структурированной и разрозненной информации.

Начиная с 2015г. мы сотрудничаем с Кириллом Блиновским. Он смог перенести и переструктурировать имеющиеся данные, сделать удобные алгоритмы работы для администраторов сайта, сохранить при переносе элементы старого сайта, к которым мы привыкли, постоянно развивает новые функции интерфейса для пользователей.

Мы продолжаем сотрудничество, плотно работаем c Кириллом над решением появляющихся вопросов. Наш сайт постоянно развивается, поддержка требуется еженедельная.

Можем с уверенностью рекомендовать Кирилла, как ответственного, внимательного и профессионального веб-разработчика.

Посмотреть кейс проекта gestalt.ru