Кветиапин отзывы принимающих препарат при шизофрении - OtzyvPro.top

Введение
Атипичные антипсихотики в последние десятилетия широко используются в терапии шизофрении. В их ряду достаточно хорошо зарекомендовал себя кветиапин. Многочисленные исследования показали, что по антипсихотической активности препарат не уступает традиционным антипсихотикам [3,7,9,10]. Более того, кветиапин оказывает выраженное влияние на негативную симптоматику, обладая в то же время благоприятным профилем нежелательных явлений [4,8,13,14,16,18,19]. Последнее обстоятельство позволяет использовать кветиапин в качестве основного средства при длительной поддерживающей терапии.
При этом в большинстве исследований не приводятся дифференцированные данные об активности кветиапина в отношении отдельных психопатологических синдромов в рамках шизофрении, а указаны лишь обобщенные результаты, свидетельствующие о редукции суммарного балла по шкале PANNS. Так, до настоящего времени не получил однозначного решения вопрос о влиянии препарата на бредовую симптоматику персекуторного круга, включающую идеи преследования, воздействия, а также явления психического автоматизма, галлюцинаторные и псевдогаллюцинаторные феномены.
Накоплен интересный опыт использования влияния кветиапина при аффективной, преимущественно маниакальной, симптоматики. Сведения об «антиманиакальном» эффекте кветиапина у больных с диагнозом биполярного расстройства в средней суточной дозе 421 мг представлены в исследовании Dunayevich и соавт. (2001). Alson и соавт. (2000) констатируют эффективность кветиапина (в суточной дозе до 400 мг) в отношении гневливой мании со вспышками агрессии и насилия в рамках биполярного расстройства I типа. Данные литературы [8,12,15,17] позволяют заключить, что кветиапин способствует редукции аффективной симптоматики, включающей не только депрессию (с тревогой и растерянностью), но и манию, как изолированную, так и выступающую преимущественно в структуре более сложных психопатологических синдромов.
К настоящему времени можно выделить два основных аспекта проблемы изучения эффективности кветиапина. Во–первых, существует недостаточное количество исследований, посвященных изучению эффективности кветиапина в отношении отдельных психопатологических синдромов (галлюцинаторно–бредовых, аффективных) в структуре шизофрении. Во–вторых, учитывая довольно высокую активность кветиапина в отношении основных проявлений шизофрении (психотическая и негативная симптоматика, нарушения мышления, тревога, ажитация, аффективные нарушения), можно предположить, что препарат способен воздействовать на неврозо– и психопатоподобные проявления в рамках малопрогредиентной шизофрении. По данным ряда публикаций последних лет, кветиапин является препаратом выбора для лечения вялотекущей шизофрении [1,2,5,6].
В настоящем сообщении будут приведены данные двух клинических исследований, выполненнных в разные годы в Отделе по изучению пограничной психической патологии и психосоматических расстройств НЦПЗ РАМН.
Первое исследование тестировало клинический эффект кветиапина при его длительном (24 недели) использовании у больных шизофренией. Выборка включала пациентов с манифестными и малопрогредиентными формами шизофрении. Материал исследования составили 59 больных с преобладанием трех основных психопатологических синдромов: галлюцинаторно–бредового и маниакального, обсессивно–фобического, сенесто–ипохондрического.
Эффективность и переносимость кветиапина оценивалась с использованием психометрических шкал.
Кветиапин использовался в гибкой дозировке: увеличение дозы в течение первых 4 дней от 25 до 400 мг с последующим нарастанием дозы до 600–900 мг, распределенной на прием 2 раза в сутки по усмотрению исследователя. В качестве сопутствующего лечения для усиления анксиолитического эффекта или коррекции инсомнии допускалось назначение производных бензодиазепина.
Результаты исследования
Ввиду того, что в исследование были включены больные с неоднородными психопатологическими расстройствами, данные об эффективности кветиапина рассмотрены отдельно в отношении каждого из ведущих клинических синдромов.
Маниакальный и галлюцинаторно–
бредовой синдром
34 пациента: 12 мужчин, 22 женщины, средний возраст – 35,9 лет. Средняя длительность заболевания составила 8,9 лет. Для оценки динамики состояния дополнительно использовались следующие психометрические шкалы: Шкала Янга для оценки мании и Шкала Гамильтона для оценки депрессии.
В группе пациентов с маниакальным состоянием, 13 наблюдений (5 мужчин, 8 женщин, средний возраст 33,2 года), во всех случаях было диагностировано шизоаффективное расстройство (смешанный тип) – F25.2 (по МКБ–10). Средняя суточная доза кветиапина составила 500–800 мг/сут. В течение первых 2 недель терапии 3 пациента были исключены из исследования в связи с недостаточной эффективностью препарата («незначительное улучшение» по Шкале общего клинического впечатления) и необходимостью назначения дополнительной терапии (нейролептики, нормотимики).
Положительный эффект терапии был зарегистрирован у 10 пациентов (76,9% случаев). По Шкале общего клинического впечатления в течение первых 3 недель терапии зафиксировано «выраженное улучшение» у 6 пациентов, «улучшение» – у 4 пациентов.
По Шкале оценки мании Янга у всех 10 пациентов с маниакальным расстройством снижение суммарного балла более чем на 25% отмечалось уже к 2–3–й неделе терапии, а преодоление 50% рубежа – к 4–й неделе лечения (рис. 1). Полная редукция ведущей психопатологической симптоматики отмечалась к 6–8–й неделе терапии. Клинический эффект у пациентов с маниакальным состоянием определялся воздействием препарата в первую очередь на аффективную составляющую синдрома (повышенное настроение, утрата потребности во сне, двигательное возбуждение, агрессивность). Ни в одном из наблюдений не было зарегистрировано инверсии аффекта.
В группе пациентов с галлюцинаторно–бредовыми состояниями (21 наблюдение – 7 мужчин, 14 женщин, средний возраст 38,7 лет) диагностирована параноидная шизофрения. Средняя суточная доза кветиапина составила 600–800 мг/сут. Положительный ответ на терапию в течение 4 недель приема препарата был отмечен у 15 больных (71,4% респондеров). По Шкале общего клинического впечатления в течение первых 3–4 недель терапии зафиксировано «выраженное улучшение» – 7 пациентов, «улучшение» – 8 пациентов.
По Шкале позитивных и негативных симптомов шизофрении положительная динамика регистрировалась уже начиная с 1–2–й недели терапии, и к концу 6–8–й недели доля редукции симптоматики составила для глобальной оценки 30%, для оценки позитивных расстройств – 36%, для оценки негативных расстройств – 28% и для общей психопатологической симптоматики – 30%. При учете критерия эффективности 60%–редукции общей оценки шкалы PANSS доля положительного ответа на терапию составила 45% (рис. 2). Следует указать на эффективное воздействие препарата в отношении депрессивной составляющей синдрома: только в 2 случаях из 6 пациентам с депрессивно–параноидной симптоматикой были назначены антидепрессанты.
В клинической картине больных с положительным ответом на терапию отмечался большой удельный вес аффективной симптоматики и высокая представленность переживаний острого чувственного и образного бреда в рамках шизофрении и шизоаффективного расстройства. Эти состояния характеризовались гармоничным сочетанием собственно аффективной и параноидной симптоматики. В клинической картине заболевания у нонреспондеров (6 больных) доминировали бредовые переживания, явления психического автоматизма, стойкие галлюцинаторные и псевдогаллюцинаторные феномены.
Полученные результаты свидетельствуют об особом спектре психотропного действия кветиапина в отношении аффективной и галлюцинаторно–бредовой симптоматики. С одной стороны, препарат, подобно традиционным нейролептикам, оказывает седативное, антиагрессивное воздействие, что позволяет использовать его для лечения острых и подострых состояний с явлениями острого чувственного бреда, инсценировкой, большим удельным весом аффективной симптоматики (тревоги, депрессии, растерянности, мании). С другой стороны, эффект препарата, направленный на редукцию персекуторных расстройств, разнообразных психических автоматизмов, галлюцинаций и псевдогаллюцинаций в спектре его действия менее значим.
Обсессивно–фобический синдром
Эту группу составили 12 пациентов (8 мужчин, 4 женщины; средний возраст – 27,7 лет). Кветиапин назначался в качестве составляющей комплексной терапии вялотекущей шизофрении с преобладанием обсессивно–фобических расстройств. Одновременно с определением оптимального режима дозирования осуществлялся подбор других составляющих терапевтической схемы (с учетом индивидуальной чувствительности) – серотонинергических антидепрессантов при наличии сочетанной депрессивной симптоматики (пароксетин 30–60 мг/сут. – 3 набл., флуоксетин 20–40 мг/сут. – 2 набл., кломипрамин 50–75 мг/сут. – 1 набл., тианептин 37,5 мг – 2 набл.) и производных бензодиазепина. Дизайн исследования предусматривал назначение кветиапина одновременно с заменой используемого ранее антидепрессанта. В ходе исследования 2 больным лечение было прекращено (на 2 и 4–й неделях терапии) в связи с развитием нежелательных явлений. Таким образом, анализируемая выборка включала 10 пациентов.
Клинически речь шла о стойких неврозоподобных расстройствах: тревожно–фобических (ТФР) – 5 наблюдений, обсессивно–компульсивных (ОКР) – 5 наблюдений. У одного пациента регистрировалась сочетанная тревожно–фобическая и обсессивно–компульсивная симптоматика. ОФР во всех изученных случаях сопровождались избегающим и/или защитно–ритуальным поведением. Во всех наблюдениях выявлены негативные изменения: астенический дефект у 7 больных, психопатоподобный – у 3. Сопутствующая депрессивная симптоматика (дистимического уровня) регистрировалась в 8 случаях.
Для оценки эффективности терапии использовался дополнительный набор стандартных оценочных шкал: Шкала Гамильтона для оценки тревоги (HARS), Шкала Гамильтона для оценки депрессии (HDRS). Ввиду того, что выборка включала пациентов с различными обсессивно–фобическими синдромами, динамика ОФР оценивалась (в зависимости от доминирующих расстройств) с помощью Шкалы фобий (модификация Маркса–Шихана) – у больных с ТФР, и Шкалы для оценки обсессий и компульсий Елл–Браун (Y–BOCS) – у больных ОКР.
В ходе исследования выявлена достаточно высокая эффективность терапевтических схем, включающих кветиапин. К моменту завершения лечения во всех наблюдениях зафиксировано клиническое улучшение. Согласно CGI «выраженное улучшение» отмечено у 6 пациентов (5 больных с ТФР, 1 – с ОКР и ТФР), «заметное улучшение» – у 3 пациентов (больные ОКР), «небольшое улучшение» – у 1 пациента с ОКР.
Время наступления терапевтического эффекта в среднем по выборке (2 по CGI) составило 8 недель. Однако такое улучшение было нестойким и к 12–й неделе терапии показатели CGI снижались до 1 балла. В дальнейшем (начиная с 16–й недели) отмечалась тенденция к послаблению симптоматики с достижением максимального терапевтического ответа к 20–24–й неделям терапии. Такая динамика расстройств, по всей вероятности, была связана с проводимой анксиолитической терапией. Как показывает динамика среднего балла HARS (рис. 3), достоверное снижение общего уровня тревоги регистрировалось уже к 4–й неделе, в то время как на 12–й неделе терапии отмечалось значительное усиление анксиозной симптоматики.
Такая тенденция наиболее четко просматривалась у пациентов с доминированием в клинической картине ТФР. Анализ динамики среднего балла шкалы фобий выявил достоверное снижение на 4–8–й неделе, обострение фобической симптоматики к 12–й неделе терапии и последующее «литическое» улучшение показателей (рис. 4).
Иные закономерности выявлены у пациентов с ОКР. Отмеченные у больных с ТФР колебания выраженности терапевтического ответа в данной группе наблюдений не регистрировались. Напротив, динамика среднего балла шкалы Y–BOCH свидетельствовала об очень медленном снижении интенсивности обсессивно–компульсивной симптоматики. Достоверные различия по сравнению с исходными оценками достигались лишь к 20–24–й неделе терапии (рис. 5).
Кроме того, общая эффективность проводимого лечения в группах больных с двумя вариантами ОФР существенно отличалась. Если у пациентов с ТФР к концу лечения отмечено 70% снижение среднего балла оценочной шкалы, то у больных ОКР аналогичный показатель составил лишь 41,5%. Таким образом, можно констатировать различный терапевтический ответ на комбинированное использование кветиапина и серотонинергических антидепрессантов у пациентов с доминирующими в клинической картине ТФР и ОКР.
Различия касались и доз, используемых в терапевтических схемах. Если в группе больных с ТФР средние дозы кветиапина составляли 350–400 мг/сут., то в группе пациентов с ОКР для достижения эффекта требовались дозировки в два раза выше – 700–800 мг/сут. Та же пропорция выявлена при анализе эффективных доз серотонинергических антидепрессантов.
Как показали результаты проведенного исследования, кветиапин может рассматриваться в качестве препарата выбора в комплексной терапии ОФР, формирующихся в рамках шизофрении. Препарат усиливает анксиолитический эффект традиционной терапии серотонинергическими антидепрессантами. Однако следует отметить, что эффективность изученных лекарственных схем существенно различается в зависимости от доминирующих обсессивно–фобических симптомокомплексов. Наибольший терапевтический ответ можно ожидать в случаях преобладания в клинической картине тревожно–фобической симптоматики (в настоящем исследовании максимальная эффективность зафиксирована у пациентов с паническим расстройством, явлениями агора– или социофобии). Пациентам с обсессивно–компульсивными синдромами (у всех больных изученной выборки регистрировались обсессии, осложненные массивными и стойкими ритуалами) свойственно медленное обратное развитие ОФР и более низкие результаты терапии. В отличие от тревожно–фобической симптоматики редуцирующейся уже к 16–й неделе терапии, снижение интенсивности ОКР отмечается лишь к 20–24–й неделям. При этом уместно предположение, что возрастающий по мере длительного применения терапевтический эффект в этой группе может усилиться при более продолжительных курсах. Таким образом, одним из определяющих факторов является длительность использования изученных схем – 4–6 месяцев при ТФР и более 6 месяцев при ОКР. Прогностическое значение имеет и режим дозирования кветиапина – положительный терапевтический эффект при лечении ОКР достигается при дозах, в 2 раза превосходящих таковые при ТФР.
Сенесто–ипохондрический синдром
Выборку составили 13 больных вялотекущей шизофренией (5 мужчин, 8 женщин, средний возраст 38,3 года) с преобладанием сенесто–ипохондрических расстройств (F20.8). В ходе клинического обследования установлена психопатологическая неоднородность патологических телесных сенсаций, позволившая дифференцировать больных на две группы. Первую группу составили 5 пациентов (4 женщины, 1 мужчина, средний возраст 29,3±1,2 года) с фантастическими, вторую – 8 пациентов (4 мужчины, 4 женщины, средний возраст 35±1,5 года) – с эссенциальными сенестопатиями. У всех пациентов отмечалась тревожная (паническое, генерализованное тревожное расстройство) и ипохондрическая симптоматика. Во всех наблюдениях выявлены негативные изменения: психопатоподобный – 8, астенический дефект – 5 пациентов.
Патологические телесные сенсации у больных, отнесенных к первой группе, представлены фантастическими телесными сенсациями (чувство внезапного смещения позвоночника по вертикальной оси, растягивания сердца крючками, перемещающейся по телу вибрации) или сенесталгиями (сверлящая и распирающая головная боль, колющая, простреливающая боль в желудке) ощущениями. В этих случаях преобладали вычурные, передаваемые в динамике с помощью аллегорических сравнений ощущения (боль в позвоночнике, локализованная в форме шишечки или бугорка, из которого стреляют иголки; звон внутри головы; переливание жидкой тяжести в конечностях и т.п.). У части пациентов этой группы превалировали так называемые алгопатии – полиморфные болевые ощущения мигрирующей локализации, не обнаруживающие соответствия их топографической проекции конкретным анатомическим образованиям.
Для группы пациентов с эссенциальными сенестопатиями были характерны с трудом поддающиеся описанию ощущения диффузного озноба во всем теле, «ледяные» или «горячие» волны, ощущение пробегания мурашек по телу, чувство, сходное с ударом электрического тока, а также расстройства общего чувства тела – сенестезии (постоянное ощущение неясного тотального физического неблагополучия, недомогания, приступы внезапной физической слабости во всем теле или расслабления в мышцах, несистемные головокружения).
Число респондеров (пациенты, у которых регистрировался положительный клинический ответ на терапию) составило 9 (72%) пациентов, 5 (39%) из которых отнесены к этой категории уже через 4 недели терапии.
Положительный ответ на терапию кветиапином, достигнутый почти у половины больных изученной выборки, следует оценивать, как показатель высокой эффективности препарата, поскольку сенесто–ипохондрические расстройства, определяющие в совокупности с негативными изменениями картину шизофрении в изученной выборке, относятся к числу форм, резистентных к психофармакотерапии.
Однако результаты настоящего исследования не исчерпываются уже изложенными выше данными, полученными на формализованной основе. В итоге сравнительного анализа эффективности терапии, проведенного с учетом психопатологической характеристики изученных состояний (фантастические телесные сенсации и эссенциальные сенестопатии), выявлены существенные различия между выделенными группами.
Наибольшая клиническая активность кветиапина отмечена у пациентов с фантастическими телесными сенсациями и сенесталгиями. У 4 больных (81%) этой группы отмечалась значительная редукция сенесто–ипохондрических и негативных расстройств. Значительно меньшая эффективность наблюдалась у больных с эссенциальными сенестопатиями: лишь у 2 из 8 пациентов (30%), редукция сенесто–ипохондрических расстройств достигала степени отчетливого улучшения [3].
Полученные результаты позволяют сделать вывод об эффективности кветиапина в отношении сенесто–ипохондрических расстройств, что открывает новые возможности в применении препарата. Однако следует отметить, что эффективность кветиапина при воздействии на патологические телесные сенсации зависит от психопатологической структуры синдрома. Наибольший терапевтический ответ можно ожидать в случаях преобладания в клинической картине фантастических телесных сенсаций и сенесталгий (такого рода патологические телесные сенсации реализуются в рамках неврозоподобной симптоматики). У пациентов с эссенциальными сенестопатиями (манифестация в структуре стойких сенесто–ипохондрических состояний при значительной выраженности негативных изменений) отмечены менее значительные терапевтические показатели.
Полученные данные во многом перекликаются с результатами, приводимыми в других исследованиях [1,2,5,11]. Однако следует отметить, что и в настоящем исследовании, и в большинстве цитируемых работ эффективность кветиапина анализировалась на выборках с достаточно гетерогенным кругом сенесто–ипохондрических проявлений. В этой связи представилось оправданным проведение исследования, имеющего целью определение эффективности кветиапина в случаях доминирования в клинической картине стойких сенестопатических расстройств.
Исходную выборку составили 30 пациентов (23 мужчины, 7 женщин, средний возраст 32,7 лет) со стойкими сенесто–ипохондрическими расстройствами в рамках шизофрении.
Клинически речь шла о стойких расстройствах сенестопатий, выступающих как в качестве относительно изолированного симптомокомплекса (13 наблюдений), так и в сочетании с полиморфной неврозоподобной симптоматикой – тревожно–фобические расстройства (преимущественно панические атаки без стойкой агорафобии, ипохондрические фобии – 7 набл.), истероформная симптоматика (преимущественно конверсионные расстройства – 6 набл.), органо–невротические расстройства (кардионевроз – 3 набл., синдром раздраженного кишечника – 1 набл.). Депрессивная симптоматика (дистимического уровня) регистрировалась в 14 случаях. Во всех наблюдениях выявлены негативные изменения: астенический дефект у 17 больных, психопатоподобный – у 13.
Кветиапин назначался в диапазоне от 75 до 800 мг/сут. Длительность лечения составила 12 недель. Дизайн исследования допускал дополнительное назначение антидепрессантов (в случаях сопутствующей аффективной симптоматики), гипнотиков (для коррекции инсомнии) и антипаркинсонических препаратов (в случаях развития экстрапирамидной симптоматики).
Оценка эффективности терапии осуществлялась с использованием набора стандартных методов оценки: Шкалы общего клинического впечатления (CGI) и Шкалы позитивных и негативных симптомов шизофрении (PANSS).
В ходе исследования подтвердилась достаточно высокая эффективность кветиапина. К моменту завершения лечения в 25 наблюдениях зафиксировано клиническое улучшение. Согласно CGI «выраженное улучшение» (1 балл) отмечено у 11 пациентов, «улучшение» (2 балла) – у 7 пациентов, «незначительное улучшение» (3 балла)

¾ у 7 пациентов. В 4 наблюдениях эффект от терапии отсутствовал, и лишь в одном случае зафиксировано ухудшение состояния (пациент был исключен из исследования по истечении 3 недель терапии). Таким образом, доля больных с положительным ответом на терапию составила 60% (18 набл.) (рис. 6).
Сроки наступления выраженного терапевтического эффекта в среднем по выборке (2 по CGI) составили 4 недели. Однако следует отметить, что в ряде случаев (4 набл.) уже к концу первой недели терапии выявлено послабление симптоматики, а к концу второй недели лечения число больных с положительной динамикой состояния составило уже 11 наблюдений. Максимальное число случаев эффективного лечения зарегистрировано к 12–й неделе терапии (рис. 7).
Исходя из того, что настоящее исследование было строго ограничено временными рамками, уместно предположение, что при увеличении сроков лечения терапевтический эффект мог быть и более выраженным.
Оценивая влияние кветиапина на симптоматику шизофрении, не относящуюся к спектру сенесто–ипохондрических расстройств, уместно привести результаты анализа динамики показателей шкалы PANSS (рис. 8).
Представленные данные свидетельствуют о том, что динамика подшкал позитивных и негативных симптомов была отличной от подшкалы общей психопатологии. Отмечено медленное снижение среднего балла позитивных (представленных у изученного контингента больных преимущественно расстройствами мышления) и негативных симптомов шизофрении. Статистически достоверные различия со стартовыми показателями выявляются лишь к 12–й неделе терапии. Видоизменение среднего балла подшкалы общей психопатологии, напротив, происходит достаточно быстро. В целом динамика данного показателя (снижение ко 2–й неделе терапии и быстрое нарастание к 8–й неделе) сопоставима с изменениями, фиксируемыми шкалой CGI, оценивающей выраженность сенестопатий.
Как показали результаты проведенного исследования, кветиапин может рассматриваться в качестве препарата выбора при лечении вялотекущей шизофрении с преобладанием сенестопатических расстройств. Однако эффективность препарата во многом зависит от структуры неврозоподобных симптомокомплексов.
В изученной выборке патологические телесные сенсации были представлены эссенциальными сенестопатиями, выступающими не только в качестве определяющего клиническую картину расстройства, но и как симптомокомплекс, проявляющийся в контексте других псевдоневротических, расстройств. Полученные результаты позволили предположить, что монотерапия кветиапином наиболее эффективна именно в тех случаях, когда сеностопатические расстройства выступают не в качестве моносимптома, но проявляются в контексте других неврозоподобных расстройств. Как показали результаты исследования, из 18 больных с положительным ответом на терапию кветиапином лишь 6 соответствовали критериям сенестопатической (по G. Huber) шизофрении, а у большей части респондеров, помимо сенестопатической, наблюдалась сопутствующая неврозоподобная симптоматика. Можно думать, что эссенциальные сенестопатии, проявляющиеся как моносимптом, обнаруживают большую чувствительность к терапии традиционными антипсихотиками.
В пользу данного предположения косвенным образом свидетельствуют данные настоящего исследования. При анализе эффективных доз в группе респондеров было обнаружено, что терапевтический эффект у пациентов с моносимптоматическими сенестопатиями достигается при использовании кветиапина в суточной дозировке 600–800 мг, в то время как в группе больных с полиморфными расстройствами эффективная дозировка значительно ниже – 150–600 мг/сут.
Суммируя приведенные данные, можно с уверенностью сказать, что атипичный антипсихотик кветиапин (Сероквель) является эффективным средством в лечении шизофрении. Спектр действия препарата включает широкий круг психопатологических проявлений: галлюцинаторно–бредовых, маниакальных, обсессивно–фобических. При этом несомненным преимуществом кветиапина по сравнению с другими атипичными антипсихотиками является его высокая активность в отношении сенесто–ипохондрических расстройств.

Литература
1. Бурлаков В.А. К проблеме лечения шизофрении, протекающей с сенестоипохондрическими нарушениями (опыт применения Сероквеля) // Психиатрия и психофармакотерапия. 2003. Т. 5. № 2.
2. Волель Б.А. // Небредовая ипохондрия при соматических, психических заболеваниях и расстройствах личности, Москва 2009
3. Гурович И.Я., Шмуклер А.Б., Магомедова М.В. и др. Помощь больным шизофренией с первыми психотическими эпизодами: применение кветиапина // Социальная и клиническая психиатрия. 2004. № 3. С. 69–72.
4. Иванов М.В., Мазо Г.Э., Чомский А.Н. и др. Сероквель: перспективы и опыт терапии маний при биполярных аффективных расстройствах // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. 2004. Т. 1. № 4.
5. Калинин В.В. Сероквель – атипичный нейролептик: особенности психотропного эффекта и показания // Психиатрия и психофармакотерапия. 2001. Т. 3. № 5.
6. Любов Е.Б., Чапурин С.А., Чурилин Ю.Ю. Фармакоэкономическая модель антирецидивного лечения Сероквелем, Рисполептом и Зипрексой пациентов в первом эпизоде шизофрении // Психиатрия и психофармакотерапия. 2005. Т. 7. № 4.
7. Мазо Г.Э. Влияние терапии Сероквелем на депрессивную симптоматику в структуре шизофрении // Психиатрия и психофармакотерапия. 2003. Т. 5. № 6.
8. Малин Д.И. Эффективность кветиапина (сероквеля) в лечении острых психозов при адекватном дозировании // Психиатрия и психофармакотерапия. 2005. Т. 7. № 3.
9. Мосолов С.Н. Полвека нейролептической терапии: основные итоги и новые рубежи // Новые достижения в терапии психических заболеваний. М., 2002. 624 с.
10. Серебрякова Е.В. //Небредовая ипохондрия при шизотипическом расстройстве личности. Москва 2007
11. Смулевич А.Б., Зеленина Е.В. Терапия маниакальных и маниакально–бредовых состояний (клинические эффекты Сероквеля) // Психиатрия и психофармакотерапия 2005. Т. 7. № 1.
12. Яничак Ф.Дж., Дэвис Дж.М., Прескорн Ш.Х. и др. Принципы и практика фармакотерапии / пер. с англ. Киев, 1999. 728 с.
13. Emsley RA, Raniwalla J, Bailey PJ, et al. A comparison of the effects of quetiapine («seroquel») and haloperidol in schizophrenic patients with a history of and a demonstrated, partial response to conventional antipsychotic treatment. Int Clin Psychopharmacol 2000;15(3):121–31.
14. McIntyre RS, Brecher M, Paulsson B, et al. Quetiapine or haloperidol as monotherapy for bipolar mania – a 12–week, double–blind, randomised, parallel–group, placebo–controlled trial. Eur Neuropsychopharmacol 2005;15(5):573–85.
15. Pollack PT, Zbuk K. Quetiapine fumarate overdose: clinical and pharmacokinetic lessons from extreme conditions. Clin Pharmacol Ther 2000;68(1):92–97.
16. Seemuller F, Forsthoff A, Dittmann S, et al. The safety and tolerability of atypical antipsychotics in bipolar disorder. Expert Opin Drug Saf 2005;4(5):849–68.
17. Smith MA, McCoy R, Hamer–Maansson J, et al. Rapid dose escalation with Quetiapine. Journal of Clinical Psychopharmacology 2005;25:331–35.
18. Stahl S. Psychopharmacology of antipsychotics. Martin Dunitz Ltd, London 1999, p. 148.

Источник

Применение препарата Сероквель (кветиапин) для лечения больных шизофренией

Статьи

(Обзор) В.В. Калинин

Лечение больных шизофренией сопряжено с рядом трудностей, среди которых надо отметить отсутствие выраженного терапевтического влияния классических нейролептиков на негативную симптоматику, довольно высокую частоту случаев резистентности при их применении и наличие выраженных побочных эффектов. Многие проблемы в последние годы удалось разрешить за счет внедрения в практику психиатрии так называемых атипичных нейролептиков, к которым относится препарат Сероквель (кветиапин, ICI-204, 636).

Сероквель является производным дибензотиазепина и имеет структурное сходство с клозапином (3-5, 10, 16, 18, 20, 21, 35, 42, 45).

Фармакодинамика кветиапина, как и фармакодинамика клозапина, характеризуется связыванием с несколькими нейромедиаторными системами (7, 10, 18-21, 28, 42). При этом наибольшее сродство у кветиапина отмечается к 5-НТ²-серотонинергическим рецепторам, альфа²-адренергическим рецепторам, D²-дофаминовым рецепторам и 5-НТ^1А-серотониновым рецепторам (44, 45, 47). Нет заметного сродства к холинергическим мускариновым и бензодиазепиновым рецепторам.

Наибольшие различия между двумя препаратами наблюдаются по способности связываться с мускариновыми рецепторами. При этом кветиапин с ними практически не связывается, тогда как у клозапина к ним существует выраженный тропизм (7, 6, 47), на основании чего был сделан вывод, что побочные холинолитические эффекты у кветиапина по сравнению с клозапином должны отсутствовать (7, 6, 47).

Кроме того, с учетом преимущественного сродства кветиапина к серотонинергическим рецепторам (5НТ²) по сравнению с дофаминергическими (D¹ и D²) рецепторами, было сделано предположение, которое впоследствии полностью подтвердилось, что экстрапирамидное побочное действие у кветиапина будет отсутствовать, либо будет слабовыраженным, поскольку между этими двумя нейромедиаторными системами существуют реципрокное взаимодействие в отношении экстрапирамидной системы (7, 10, 18, 19).

Результаты доклинических и электрофизиологических исследований показали, что кветиапин проявляет выраженный эффект в экспериментальных тестах на антипсихотическую активность (20, 21), включая тест на условное избегание у обезьян (7, 10, 18, 28, 42, 44). Предотвращает эффекты агонистов ДА-рецепторов, блокирует ДА-рецепторы, что приводит к увеличению уровней гомованилиновой и дигидроксифенилуксусной кислоты в полосатом теле у крыс (7, 10, 18, 28, 42, 44).

В экспериментальном электрофизиологическом исследовании, выполненном на самцах крыс (18, 20, 21), показано, что кветиапин, как и клозапин, предотвращал тормозное действие амфетамина на мезолимбические (А10), но не нигростриарные (А9) дофаминовые нейроны. Обратная система отношений характерна для классического нейролептика галоперидола. Установлено также, что под действием кветиапина и клозапина избирательно повышалась активность дофаминовых нейронов зоны А10, что коррелировало со способностью атипичных нейролептиков вызывать инактивацию деполяризации дофаминовых нейронов А10 после их повторного применения. Поскольку инактивация деполяризации нейронов А10 может коррелировать с антипсихотическим эффектом нейролептиков, а инактивация деполяризации в нейронах А9 — с побочным экстрапирамидным эффектом, был сделан вывод , что кветиапин и клозапин относятся к атипичным нейролептикам, для которых характерна низкая способность вызывать экстрапирамидные эффекты и позднюю дискинезию (20, 21, 42).

Нейроэндокринные эффекты кветиапина напоминают таковые у клозапина и заключаются в кратковременном повышении уровня пролактина (18, 20, 21, 23, 24, 28, 39). Следует подчеркнуть, что высвобождение пролактина из гипофиза находится под контролем дофаминовых нейронов в тубероинфундибулярной области мозга. При этом дофамин тормозит выделение пролактина (23, 24, 39, 43). Классические нейролептики, такие как галоперидол, блокируя дофаминергические рецепторы, приводят к заметному повышению уровня пролактина в плазме (23, 24, 39, 43). Это, в свою очередь, может привести к галакторее, гинекомастии, нарушениям менструального цикла, импотенции. Следует также сказать, что гиперпролактинемия патогенетически связана и с остеопорозом, и с водной интоксикацией (8, 13, 22, 39, 43).

В экспериментах на крысах при внутрибрюшинном введении кветиапина происходило лишь кратковременное повышение уровня пролактина на 115% (28) с последующей его нормализацией. Напротив, галоперидол приводил к продолжительному повышению уровня пролактина.

В специально выполненном исследовании при участии больных шизофренией установлено, что при лечении Сероквелем средний уровень пролактина на 21 и 42 день терапии соответствовал таковому при использовании плацебо (23, 24, 39, 44). Необходимо отметить, что Сероквель практически не влияет на концентрацию пролактина даже по сравнению с хлорпромазином (18, 32). Если у больных шизофренией перед началом терапии Сероквелем наблюдался высокий уровнень пролактина, обусловленный предшествующей терапией классическими нейролептиками, то за время лечения кветиапином происходило его снижение (18, 32). Доза Сероквеля при этом составляла от 50 до 800 мг/сут. (18, 32).

С учетом того, что гиперпролактинемия способствует развитию сексуальных дисфункций у больных, данные об отсутствии влияния Сероквеля на уровень пролактина имеют огромное значение (10, 18, 39). Это тем более важно, что некоторые другие атипичные нейролептики, такие как рисперидон, оланзапин, зотепин и зипразидон, приводят к гиперпролактинемии различной степени выраженности (18, 39, 45). Если оланзапин и зипразидон приводят лишь ко временному повышению пролактина в плазме, то рисперидон вызывает устойчивое повышение уровня пролактина. При этом имеется корреляция между суточной дозой препарата и уровнем пролактина в плазме крови (28, 39). Устойчивое повышение уровня пролактина под влиянием рисперидона в основном наблюдалось у больных женского пола (28, 39).

Из этого вытекают несомненные преимущества Сероквеля по сравнению с другими препаратами в т.ч. другими атипичными нейролептиками (10, 18, 35, 39).

Фармакокинетические исследования. Сероквель быстро всасывается при приеме внутрь, нарастание концентрации и распределение препарата в организме происходит одинаково у мужчин и женщин, фармакокинетика у кветиапина линейная. Прием пищи существенно не влияет на биодоступность кветиапина. Установлено, что максимальная концентрация препарата в плазме регистрируется через 1-1,5 часа (10, 18, 19, 42, 47).

Период полувыведения Сероквеля составляет около 6-7 часов (18, 35, 42). Приблизительно 83% кветиапина связывается с белками плазмы. Примерно 75% препарата выделяется с мочой, остальная часть — через кишечник (18, 42, 47).

Препарат активно метаболизируется в печени, основные метаболиты, находящиеся в плазме, не обладают выраженной фармакологической активностью (18, 42, 45).

Клинические исследования продемонстрировали, что Сероквель эффективен при приеме дважды в день. Воздействие кветиапина на рецепторы 5НТ² и Д² продолжается до 12 часов после приема препарата. (18, 35, 42).

У пожилых больных средний клиренс кветиапина на 30-50% ниже, чем наблюдаемый у пациентов в возрасте от 18 до 65 лет (18, 54). Средний клиренс кветиапина был приблизительно меньше на 25% у пациентов с тяжелыми нарушениями функции почек и у пациентов с циррозом печени. У этих пациентов начальная доза должна составлять 25 мг/сут. Доза должна увеличиваться медленно не более чем на 25-50 мг в сутки (18, 54) до достижения эффективной дозировки.

Клинические исследования по применению Сероквеля получили отражение в большом числе публикаций (3-5, 9, 10, 15-18, 26, 31, 32, 35, 48, 49, 53, 54).

В работе Wetzel и соавт.(53) изучалось влияние препарата на позитивную симптоматику у 12 больных шизофренией на протяжении 4 недель лечения Сероквелем. Максимальная доза препарата составила 750 мг/сут. Состояние больных оценивалось с помощью психометрических шкал, включая BPRS, SAPS, SANS, CGI и др. как до начала применения Сероквеля, так и через 1, 2, 3 и 4 недели терапии. Препарат оказал положительное влияние на продуктивную психотическую симптоматику. При этом у 5 из 12 больных (42%) наблюдалось не менее 40% редукции психотической симптоматики по шкале BPRS по сравнению с фоном. У 4 больных из их числа согласно критериям общего клинического улучшения было зарегистрировано «очень выраженное» и «выраженное» улучшение. Уровень пролактина под влиянием Сероквеля не менялся. Побочных экстрапирамидных эффектов под влиянием препарата зарегистрировано не было.

В более крупном открытом исследовании Fabre и соавт. (цит. по 18), выполненном на 105 больных с острой психотической симптоматикой, Сероквель применялся в диапазоне 75-750 мг/сут. Длительность применения препарата составила 6 недель. Результаты исследования показали, что препарат приводит к статистически значимому снижению выраженности психотической симптоматики, начиная уже с 7-го дня терапии. Различия с фоном сохранялись и через 3 и 4 недели терапии. Ни в одном случае не было зарегистрировано острых дистонических реакций или явлений нейролептического паркинсонизма. Наиболее часто встречающимся побочным эффектом (у 30,5% больных) была сомноленция.

Несколько исследований было выполнено с применением контрольных групп сравнения (42, 47, 53). Так, в работе Hirsch и соавт. (26) по определению эффективной дозы кветиапина в сравнении с плацебо при лечении обострений у больных с хронической шизофренией, все больные (286 человек) были разделены на три группы. В одной из них больные получали плацебо, во второй — Сероквель в дозе до 250 мг/сут., в третьей Сероквель в дозе до 750 мг/сут. Об эффективности терапии судили на основании данных динамики психометрических шкал, таких как BPRS и SANS. Результаты показали, что Сероквель при применении в дозе от 250 до 750 мг/сут. на протяжении 6 недель приводил к статистически значимому снижению выраженности психотической симптоматики по сравнению с плацебо начиная с 14-го дня применения. Изменения затрагивали динамику по шкале BPRS. На 42-й день терапии наряду с этим отмечались статистически значимые различия с плацебо по редукции негативной симптоматики, о чем судили по динамике обобщенной оценки шкалы SANS. Существенно, что в дозе до 250 мг/сут. Сероквель не приводил к статистически значимым изменениям в состоянии ни по одному из параметров на всем протяжении лечения. Из этого следует, что терапевтического эффекта от кветиапина можно достигнуть, применяя его в дозировке от 300 до 750 мг/сутки. Во-вторых, сначала динамике подвергаются продуктивные симптомы и лишь на 6-й неделе терапии — негативные проявления шизофрении, что характерно вообще для всех антипсихотических препаратов.

В результате проведенных исследований было показано, что эффективная терапевтическая доза Сероквеля находиться в пределах от 150 до 750 мг/сутки при обычно рекомендуемой дозе кветиапина от 300 до 450 мг/сутки, принимаемой дважды в день.

В другом, аналогичном по замыслу плацебо-контролируемом исследовании Link (31), больные шизофренией принимали кветиапин в диапазоне доз от 75 до 750 мг/сут. Средняя доза препарата составила 307 мг/сут. Различия с плацебо были зарегистрированы на 14-й, 28-й и 35-й день терапии, на 42-й день различия с плацебо исчезали. Это касалось динамики обобщенной оценки шкалы BPRS. Вместе с тем, были зарегистрированы статистически значимые различия по динамике негативной симптоматики по сравнению с плацебо на 21-й и 42-й день терапии. Различий в выраженности экстрапирамидной симптоматики между препаратом и плацебо установлено не было. Не было установлено различий и по влиянию на уровень пролактина в плазме.

В дальнейшем при проведении сравнительных исследований Сероквеля в дозе от 300 до 750 мг/сутки с плацебо, продолжительностью 6 недель, было подтверждено, что кветиапин в большинстве случаев был значительно более эффективным чем плацебо в улучшении позитивных и негативных симптомов шизофрении, что подтвердило предположения, высказанные при исследовании фармакологических свойств кветиапина. Практически во всех проведенных исследованиях оценка состояния больного проводилась с использованием шкал BPRS, SARS, SANS, CGI. Побочные явления проявлялись в виде легкой седации и сонливости. Сероквель не вызывал длительного повышения уровня пролактина. Развитие экстрапирамидной симптоматики, обусловленной приемом Сероквеля зарегистрировано не было.

Важно отметить, что результаты клинических исследований в целом подтверждают закономерности, полученные в экспериментальных работах, которые предсказывают клиническую эффективность препарата. Это обосновало и предопределило проведение более крупных исследований по сравнению Сероквеля с другими нейролептиками (5, 17, 32).

Сравнительные исследования кветиапина и хлорпромазина показывают, что эти два препарата одинаково эффективны в лечении пациентов с шизофренией. Так, в одной из работ Link (1994) (32) проводилось сравнение препарата с хлорпромазином. Каждый из нейролептиков применялся в суточной дозе до 750 мг. Средняя доза Сероквеля составила 407 мг/сут., хлорпромазина — 384 мг/сут. Длительность применения препаратов была 6 недель. 101 больной принимал Сероквель, 100 больных — хлорпромазин. Результаты показали, что под влиянием каждого из нейролептиков происходило снижение выраженности психотической симптоматики, о чем судили по динамике психометрических шкал BPRS, PANSS и шкалы общего клинического впечатления (CGI). Хотя имелась тенденция к преобладанию эффективности кветиапина, это преимущество не было статистически достоверно. Однако, после того как авторы разделили в соответствии со строгими критериями (50% редукции суммарной оценки BPRS) всех больных на респондеров и нонреспондеров, то оказалось, что первых было 65% при лечении Сероквелем и 53% при лечении хлорпромазином (р=0,04). Иначе говоря, под влиянием кветиапина можно рассчитывать на более глубокую редукцию психотической симптоматики, чем под влиянием хлорпромазина. Побочные эффекты Сероквеля включали сомноленцию (14%), инсомнию (10%) и сухость во рту (8%). С другой стороны, хлорпромазин наиболее часто вызывал постуральную гипотензию (18%), сомноленцию (16%) и инсомнию (16%). Ни в одном случае при лечении Сероквелем не было зарегистрировано экстрапирамидных побочных эффектов или гиперпролактинемии. В другом мультицентровом исследовании, результаты которого были подытожены в статье Fleischhacker W. и соавт. (17), проводилось сравнительное изучение кветиапина и галоперидола. Дозы препаратов соответственно составили в среднем 450 мг/сут. и 8 мг/сут. Больные каждой из терапевтических групп показали значительное снижение выраженности суммарной оценки шкалы PANSS, которое составило 18,7+/-1,63 балла для кветиапина и 22,1+/-1,63 балла для галоперидола. Статистически значимые различия между препаратами отсутствовали. К респондерам в этой работе относили больных, показавших не менее 30% снижения симптоматики по шкале PANSS. Таких было 44% при лечении кветиапином и 47% при лечении галоперидолом. Статистически значимые различия при этом отсутствовали, что позволяет считать кветиапин и галоперидол равными по эффективности препаратами.

К настоящему времени выполнено еще одно мультицентровое исследование по сравнению различного уровня доз кветиапина с галоперидолом и плацебо (5). Данное исследование выполнено на 361 больном с обострением хронической шизофрении. Кветиапин принимали в режиме пяти уровней доз (75 мг/сут., 150 мг/сут., 300 мг/сут., 600 мг/сут. и 750 мг/сут.). Доза галоперидола составляла 12 мг/сут. Длительность терапии составила 42 дня. О терапевтической эффективности судили на основании динамики состояния по психометрическим шкалам BPRS, CGI и SANS. При этом использовались различные критерии терапевтической эффективности в зависимости от доли редукции психотической симптоматики по шкале BPRS, которая могла составлять 20, 40, 60 и 80% снижения от исходного уровня.

Результаты исследования показали, что наибольшая редукция суммарной опенки BPRS наблюдалась при лечении кветиапином в дозах 150 и 300 мг/сут. При этом выраженность симптоматики снижалась соответственно на 8,7 и 8,6 баллов. Кветиапин в суточной дозе 600 мг и галоперидол приводили к снижению симптоматики на 7,7 и 7,6 баллов по шкале BPRS соответственно. При расчете динамики состояния относительно исходного уровня были получены статистически значимые различия для каждой из 4 высоких доз кветиапина по сравнению с плацебо, но не с галоперидолом. Различия прослеживались и при сравнении динамики не только глобальной оценки BPRS, но и выраженности продуктивных симптомов этой шкалы, выраженности оценки шкалы общего клинического впечатления и суммарной оценки SANS. Ни по одному из этих показателей различий между кветиапином в высоких дозах и галоперидолом установлено не было, из чего можно заключить, что в данном режиме применения препараты характеризуются как равно эффективные. Вместе с тем, когда была проанализирована частота положительных эффектов терапии в зависимости от доли редукции симптоматики по шкале BPRS, то оказалось, что кветиапин превосходил галоперидол, когда в качестве критерия эффективности использовалось 20, 40 и 60% редукции симптоматики. Так, при использовании критерия эффективности в 20% редукции симптоматики доля положительных результатов терапии при применении четырех больших доз Сероквеля составила 46%, 43%, 45% и 51%, тогда как для галоперидола составляла 38%. Если за критерий принималось 80% редукции симптоматики, то доля положительных результатов применения кветиапина и галоперидола была равной и составляла 6%. При лечении кветиапином на протяжении 6 недель происходило снижение частоты побочных экстрапирамидных эффектов. Частота побочных экстрапирамидных эффектов при применении кветиапина составила 4-8%, при применении плацебо 16%, а при применении галоперидола — 37%.

Таким образом, видно, что кветиапин в дозе от 150 до 750 мг/сут. оказывает отчетливое антипсихотическое действие, сопоставимое с действием галоперидола.

Применение Сероквеля у больных с резистентной шизофренией. Около 30% больных шизофренией являются резистентными к стандартной антипсихотической терапии. По традиции считается, что только клозапин обладает преимуществом перед стандартными нейролептиками в отношении резистентной шизофрении, тогда как новые антипсихотики пока такого преимущества не показали (12, 11, 27). Однако, с момента опубликования исследования на основе которого сделан этот вывод (30) прошло более 10 лет, критерии резистентной шизофрении изменились несколько раз, что делает невозможным сравнение выводов из исследований по резистентной шизофрении, проведенных в разное время. Кроме того существуют определенные трудности в составлении дизайна таких исследований, что в целом затрудняет сравнение разных препаратов.

Публикации по применению Сероквеля у данной группы больных пока немногочисленны и включают в себя или небольшие исследования (33), или описания отдельных случаев успешного применения Сероквеля при резистентной шизофрении (6, 11, 41, 50). Крупное международное исследование по сравнению Сероквеля и хлорпромазина при резистентной шизофрении, в котором принимали участие и российские психиатры, близко к завершению.

Применение Сероквеля у пожилых больных. Учитывая отсутствие экстрапирамидных побочных эффектов при применении Сероквеля, использование кветиапина при психотических состояниях у пожилых больных, которые особенно чувствительны к этим побочньм эффектам, является весьма привлекательным. Несколько исследований посвящено применению Сероквеля для коррекции психотической симптоматики у пожилых пациентов с болезнью Паркинсона (29, 38, 51, 14), болезнью Альцгеймера (4, 46, 34, 14), с органическими психозами (4, 1). Все исследователи приходят к выводу, что применение Сероквеля у пожилых больных улучшает психотическую симптоматику не вызывая холинэргических, экстрапирамидных или гематологических неблагоприятных реакций. Наиболее частые побочные эффекты наблюдавшиеся в ходе этих исследований включали в себя сомноленцию, головокружение, постуральную гипотензию. Примечательно также то, что Сероквель не требует мониторинга крови и ЭКГ. Фармакокинетические исследования у пожилых (55, 52), показали, что клиренс кветиапина на 50% ниже у пожилых по сравнению с молодыми, и следовательно, терапевтическая доза у пожилых должна быть в 2 раза ниже, а наращивание дозы до клинически эффективной должно быть медленнее (25-50 мг в сутки).

Переносимость и побочные эффекты препарата изучались в каждом из рассмотренных выше исследований. К настоящему времени в этом ракурсе проанализированы данные, полученные на материале 3726 больных, участвовавших в сравнительных исследованиях (35, 42). При этом 640 больных принимало Сероквель более 6 месяцев, 378 — более одного года и 137 — более двух лет (35). У большинства больных суточная доза составляла 150-750 мг/сутки (35).

Так называемые общие побочные эффекты Сероквеля, которые встречались не менее чем у 10% испытуемых, включали сомноленцию, головную боль, ажитацию и инсомнию. Полагают, что они скорее могли быть связаны с основным заболеванием, а не являются собственно побочным действием препарата (35, 42). По сравнению с плацебо статистически значимые различия по частоте были получены для сонливости, головокружения, ортостатической гипотензии, сухости во рту, асимптоматического изменения уровня печеночных ферментов и задержки стула (35).

Экстрапирамидные побочные эффекты при лечении кветиапином (7.3%) встречались с частотой, равной частоте их появления при терапии плацебо (11.7%) (35, 36). Установлено, что если при применении плацебо в корректорах нуждалось 12,6% больных, то при лечении кветиапином 8,6% больных (10, 35, 42). Необходимо отметить, что при увеличении дозы Сероквеля от 75 до 750 мг/сутки не было отмечено дозозависимого увеличения частоты развития экстрапирамидных побочных эффектов, в этом же исследовании при применении галоперидола 12 мг/день частота развития экстрапирамидных побочных эффектов для галоперидола составила 37%, для кветиапина в дозе от 75 до 750 мг/сутки 4-8%, а в группе плацебо 16% (5).

В работах по сравнению Сероквеля с галоперидолом неоспоримо доказаны преимущества первого препарата (17, 35). Так, если при лечении галоперидолом к концу курса терапии ухудшение экстрапирамидной симптоматики встречалось у 51% больных, то при лечении Сероквелем лишь у 19% больных . Различия достигали статистически значимого уровня (р<0,0001). При приеме галоперидола чаще возникали акатизии, паркинсонизм и дистонии. Лишь 13% больных при лечении кветиапином нуждались в назначении корректоров, тогда как при терапии галоперидолом таких больных было 49% (17, 35). Преждевременное прекращение терапии галоперидолом из-за развития ЭПС наблюдались у 4,4% больных, тогда как при лечении кветиапином такого не наблюдалось ни у одного больного (17, 35).

Таким образом, Сероквель не приводит к развитию экстрапирамидных побочных эффектов во всем диапазоне доз. Как указывалось выше, кветиапин не приводит к клинически значимым эффектам, связанным с повышением концентрации пролактина. Напротив, при применении Сероквеля отмечалось cнижениe концентрации пролактина, тогда как под влиянием хлорпромазина снижение было незначительным и противоречивым (5, 35, 40).

Терапия Сероквелем была связана с небольшим дозозависимым снижением уровня гормонов щитовидной железы, в частности, общего Т4 и свободного Т4. Максимальное снижение общего и свободного Т4 зарегистрировано на 2-ой и 4-ой неделе терапии кветиапином, без дальнейшего снижения уровня гормонов при длительном лечении. Подобные незначительные колебания уровня тиреоидных гормонов не имело какой либо клинической значимости. Практически во всех случаях уровень общего и свободного Т4 возвращался к исходному, после прекращения терапии Сероквелем, независимо от длительности лечения. (17, 35, 42).

Препарат не оказывал токсического действия на картину крови, что выгодно отличает его от клозапина (35).

Сердечно-сосудистые побочные эффекты Сероквеля включают развитие ортостатического коллапса и головокружения. Подобные побочные эффекты могут развиваться в начальный период титрования дозы препарата и спонтанно разрешаются по мере дальнейшего лечения (35). Препарат не оказывает клинически значимого влияния на ЭКГ, и его проаритмическое действие выражено мало (35). В литературе описан случай передозировки Сероквеля (37) в виде однократного приема 4700 мг кветиапина одновременно с 600 мг флюоксетина. При этом не наблюдалось потери сознания, развития экстрапирамидных нарушений, нарушения сердечной проводимости, судорог или угнетения дыхания. Было отмечено увеличение частоты сердечных сокращений до 128 уд/мин, в течении 24 часов. В другом случае описана передозировка в виде приема 10 грамм кветиапина (25) с восстановлением без последствий для пациента.

Увеличение массы тела было отмечено у 2% больных в плацебо-контролируемых исследованиях. При этом в течение первых 6 недель применения прирост веса может составить в среднем не более 2 кг (35, 42).

Таким образом, как показывают рассмотренные выше данные, Сероквель представляет собой эффективный препарат для лечения как продуктивной, так и негативной симптоматики у больных шизофренией. Сероквель не уступает по своей эффективности такому стандартному нейролептику, как галоперидол, но выгодно отличается от него отсутствием побочных экстрапирамидных эффектов во всем диапазоне используемых доз и отсутствуем длительного повышения уровня пролактина. Новый атипичный антипсихотический препарат Сероквель расширяет наши возможности при лечении эндогенных психозов.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ.

1. Мосолов С.Н., Александровский Ю.А., Вовин Р.Я. Новый атипичный антипсихотик Сероквель. Результаты Российских Клинических Испытаний. Находиться в печати.
2. Apter-J-T; Cantillon-M Efficacy, safety, and tolerability of ‘Seroquel’ (quetiapine fumarate) in elderly patients with psychotic disorders. Abstracts of the 36th Annual Meeting of the American College of Neuropsychopharmacology 1997 pp 295 Abs Waikoloa, Dec 8-121997
3. Arvanitis L. Clinical profile of seroquel (quetiapine): an overview of recent clinical studies // Schizophrenia: Breaking down the barriers // Ed. S. Holliday, R. Ancill and G.Mac Ewan, 1996, P.209-236.
4. Arvanitis L. Efficacy, safety and tolerability of seroquel (quetiapine) in elderly subjects with psychotic disorders // Schizophrenia Res., 1997, vol.24, N1/2, abs 196.
5. Arvanitis L., Miller B., and the Seroquel Trial 13 Study Grown. Multiple fixed doses of «Seroquel» (quetiapine) in patients with acute exacerbation of schizophrenia: a comparison with haloperidol and placebo // Biol. Psychiatry, 1997, vol.42, N3, p.233-246.
6. Avnon M., Goldin V., Neissburg J. Two long-term neuroleptic resistant patients treated by «Seroquel» (JCJ 204636) an atypical neuroleptic // Eur. Neuropsychopharmacology, 1996, vol.6, suppl.4, p.54-124.
7. Audinot V., Canton H., Newman-Tancredi A. et al. In vitro and ex vitro patterns of occupation of 5-HT2A and alpha-1-adrenergic as compared to dopamine D2-receptors by novel antypsychotics // Eur. Neuropsychopharmacology, 1995, vol.5, N3, р.330.
8. Baastrup P., Christiansen C., Transbol J. Calcium metabolism in schizophrenic patients on long-term neuroleptic therapy // Neuropsychobiology, 1980, vol.6, N1, p.56-59.
9. Borison R., Arvanitis L., Miller B. et al. JCJ 204636, an atypical antipsychotic: efficacy and safety in a multicenter. Placebo-controlled trial in patients with schizophrenic // J. Clin. Psychopharm., 1996, vol.l6, N2, p.l58-169.
10. Casey D. Seroquel (quetiapine): preclinical and clinical findings of a new atypical antipsychotic // Exp. Opin Invest. Drugs, 1996, vol.5, N8, p.939-957.
11. Conley-R-R; Buchanan-R-W Evaluation of Treatment-Resistant Schizophrenia. Schizophrenia Bulletin 1997 23 (4) pp 663-674
12. Conley-R-R; Tamminga-C-A Olanzapine Compared With Chloropromazine in Treatment-Resistant Schizophrenia. University of Maryland School of Medicine, Spring Grove Hospital Center, Baltimore, Perry Point VA Medical Center, Perryville and Upper Shore Hospital Center, Chestertown, USA
13. De Leon J., Verghese C., Tracy J. et al. Polydipsia and water infoxication in psychiatric patients: a review of the epidemiological literature // Biol. Psychiatry, 1994, vol.35, N5, p.408-419.
14. Evatt-M-L; Jewart-D; Juncos-J-L «Seroquel» (ICI 204,636) Treatment of Psychosis in Parkinsonism. Movement Disorders 1996 II (5) pp 595 Abs 10th Annual Symposium on Etiology, Pathogenesis, and Prevention of Parkinson’s Disease and Hyperkinetic Movement Disorders, Miami, 13 Oct 1996
15. Fabre L., Arvanitis L., Pultz J. et al. Seroquel (quetiapine) (JCJ 204636), a novel atypical antipsychotic: early indication of safety and efficacy in patients with chronic and subchronic schizophrenic // Clin. Therapeutics, 1995, vol.l7, N3, p-366-378.
16. Fleischhacker W. Broadening treatment perspectives of schizophrenia: a clinical update on «Seroquel» // Eur. Neuropsychopharmacology, 1995, vol.5, N3, p.l89.
17. Fleischhacker W., Linkz C., Hurst B. JCJ-204636 (Seroquel) — a putative new atypical antipsychotic: results from phase III trials // Schizophr. Res., 1996, vol.l8, N2/3, p.l32.
18. Fulton B., Goa K. JCJ-204.636. An initial appraisal of its pharmacological properties and clinical potential in the treatment of schizophrenia // CNS Drugs, 1995, vol.4, N1, p.68-78.
19. Gefvert O., Lindstrom L., Langstrom B. et al. Time course for dopamine and serotonin receptor occupancy in the brain of schizophrenic patients following dosing with 150 mg. «Seroquel» TTD // Eur. Neuropsychopharmacology, 1996, 6 (sun), suppl.3, p.74.
20. Goldstein J. Preclinical profile of Seroquel (quetiapine): an atypical antipsychotic with clozapine-like pharmacology // Schizophrenia: Breaking down the barriers // Ed. Holliday S., Ancil R. and Mac Ewan G., 1996, p.l77-208.
21. Goldstein J., Arvanitis L. JCJ-204,636 (Seroquel): a dibenzothiazepine atypical antipsychotic. Review of preclinical pharmacology and highlights of phase II clinical trials // CNS Drugs Reviews, vo1.1, N1, p.50-73.
22. Halbreich U., Palter S. Accelerated osteoporosis in psychiatric patients: possible pathophysiological processes // Schizophrenia Bull., 1996, vol.22, N4, p.447-454.
23. Hamner M., Waters K. A pilol study on the effects of Seroquel on plasma prolactin in schizophrenia // Proceed. Of the 25th congr. of the Int. Society of Psychoneuroendocrinology, 1994, Aug. 14-18, Seattle, abstr. no 140.
24. Hamner M., Waters K. A pilol study on the effects of Seroquel on plasma prolactin in schizophrenia // Proceed. Of the 25th congr. of the Int. Society of Psychoneuroendocrinology, 1994, Aug. 14-18, Seattle, abstr. no 140.
25. Harmon-T; Krenzelok-E Rapid loss of consciousness from acute quetiapine overdosage. Journal of Toxicology — Clinical Toxicology 1997 35 (5) pp 546 Abs 155
26. Hirsch S., Link C., Goldstein J. et al. JCJ 204636: A new atypical antipsychotic drug // Br J. Psychiatry, 1996, vol. 168, (suppl.29), p.45-56.
27. Jalenques-I Drug-Resistant Schizophrenia: Treatment Options. CNS Drugs 1996 5 (1) pp 8-23
28. Jibson M., Tandon R. A summary of research findings on the new antipsychotic drugs // Essent. Psychopharmacol., 1996, vol.1, N1, p.27-37.
29. Juncos-J; Yeung-P Quetiapine improves psychotic symptoms associated with Parkinsons’s disease. Scientific Abstracts of the 37th Annual Meeting, Las Croabas, 14-18 Dee 1998
30. Kane J. Honifeld G Closzapme for the treatment-resistant schizophrenic-a double-blind comparison with chlorpromazine. Archive of General Psychiatry — vol 45, pp 789-796
31. Link C., Arvanitis L., Miller B. et al. A multicentre, placebo-controlled, double-blind evaluation of Seroquel in hospitalised patients with acute exacerbation of chronic and subchronic schizophrenia // Eur. Neuropsychopharm., 1994, 4 (3 Spec. Jss), р.385-386.
32. Link С., Smith A., Miller В. et al. A multicentre, double-blind, controlled comparison of Seroquel and chlorpromazine in the treatment of hospitalised patients with acute exacerbation of subchronic and chronic schizophrenia // Eur. Neuropsychopharm., 1994, 4 (3 Spec. Jss), p.385.
33. Maeda-H; Kororii-T Clinical evaluation of Quetiapine (ICI 204636), a novel antipsychotic agent, in treatment-resistant schizophrenic patients. Abstracts from the 21st CINP Congress, Glasgow, 12-16 Jul 1998
34. McManus-D-Q; Rak-I-W Safety and Tolerability of ‘Seroquel’ (QUETIAPINE) in Elderly Subjects with Psychosis. Neurology 1997 48 (3) Suppl 2 pp А100 Abs P02.027
35. Meats P. Quetiapine (Seroquel): an effective and well-tolerated atypical antipsychotic // Int. J. Psychiatry in clinical practice, 1997, vol.1, N4, p.231-239.
36. Nishan S. Gunasekara and Caroline M. Spencer. Quetiapine. A Review of its Use in Schizophrenia. // CNS Drugs 1998;9 (4): 325-340
37. Nudelman-E; Vinuela-L-M; Cohen-C-I Safety in Overdose of Quetiapine: A Case Report Journal of Clinical Psychiatry 1998 59 (8) pp 433.
38. Parsa-M-A; Bastani-B Quetiapine (‘Seroquel’) m the Treatment of Psychosis in Patients With Parkinson’s Disease. Journal of Neuropsychiatry and Clinical Neurosciences 1998 10 (2) pp 216-219
39. Peuskcns J. Prolactin in schizophrenia a literature review // Clear perspectives, 1997, vol.l, issue 3 Management issues in schizophrenia — 42 p.
40. Peuskens J; Link C. A comparison of quetiapine and chlorpromazine in the treatment of schizoshrenia. Acta Psychiatrica Scandinavica 1997 96 (4) pp 265-273
41. Reznik-I; BenTov-R; Sirota-P Treatment of a patient suffering from resistant schizophrenia with apparent negative and positive symptoms with ‘Seroquel’. Hareftiah 1996 5 (15) pp 675-677
42. Robinson С., Robinson К., Castaner J. Quetiapine Fumarate // Drugs of the Future, 1996, vol.21, N5, p.483-489.
43. Rogers G., Burke G. Neurcleptics, prolactin and osteoporosis // Am. J. Psychiatry, 1987, vol.l44, N4, p.388-389.
44. Sailer C., Salama A. Seroquel: biochemical profile of a potential atypical antipsychotic // Psychopharmacology, 1993, vol.ll2, (2-3), p.285-292.
45. Seroquel: a putative atypical antipsychotic drug with serotonin- and dopamine-receptor antagonist properties // J. Clin. Psychiatry, 1995, vol.56, N9, p.438-445.
46. Schneider-L: Yeung-P Quetiapine may reduce hostility in patients with psychoses related to Aizheimer’s disease. Scientific Abstracts of the 37th Annual Meeting, Las Croabas, 14-18 Dee 1998
47. Shimada E., Murasaki M., Miura S. et al. A phase I study in healthy volunteers of JCJ 204636, a novel neuroleptic agent // Can. J. Physiol. Phannacol., 1994, vol.72, (suppl.1), p.445.
48. Smail J., Hirsch S., Arvanitis L. et al. Quetiapine in patients with schizophrenia a high- and low-dose double-blind comparison with placebo // Arch. Gen. Psychiatry, 1997, vol.54, N6, p.549-557.
49. Szegedi A., Wiesner J., Hillert A. et al. JCJ 204636, a putative atypical antipsychotic in the treatment of schizophrenia with positive symptomatology: an open clinical trial // Phannacopsychiatly, 1993 sept. 26, N5, p.l97.
50. Szigefiy-E; Brent-S Quetiapine for refractory schizophrenia. Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry 1998 37 (11) pp 1127-1128
51. Targum-S-D; Criden-M-R Efficacy of ‘Seroquel’ (Quetiapine) in Parkinson’s Patients With Psychosis. Movement Disorders 1997 12 (5) pp 842-843 Abs Poster 10 11th Annual Symposia on Etiology., Pathogenesis, and Prevention of Parkinson’s Disease and Hyperkinetic Movement Disorders, San Diego, 28 Sep 1997
52. Thyrum-P-T; Jaskiw-G Multiple-dose pharmacokinetics of ICI 204,636 in elderly patients with selected psychoric disorders. Psychopharmacology Bulletin 1996 32 (3) pp 524 Abs
53. Wetzel H., Szegedi A., Hain C. et al. Seroquel (JCJ-204636), a putative atypical antipsychotic in schizophrenia with positive symptomatology: results of an open clinical trial and changes of neuroendocrinological and EEY parameters // Psychopharmacology, 1995, vol.119 (2), p.231-238.
54. Wong Y., Ewing B., Jaskiw G. et al. Multiple-doses of «Seroquel» (quetiapine) in elderly psychotic patients // 149th Annual meeting of АРА. N.Y. (May 4-9), 1996.
55. Wong-Y-W-J; Ewing-B-J Multiple-dose pharmacokinetics of ‘Seroquel’ (quetiapine) in elderly psychotic patients. Schizophrenia Research 1997 24 (1/2) pp 199-200 Abs 6th International Congress on Schizophrenia Research, Colorado Springs, 12-16 Apr 1997

Кветиапин — антипсихотический препарат второго поколения, который отличается мягким действием и хорошей переносимостью пациентами. Препарат является представителем класса атипичных нейролептиков, выделяется своей эффективностью и безопасностью по сравнению с препаратами более ранних поколений.

Одним из значительных преимуществ кветиапина является низкая вероятность развития метаболического синдрома, что делает его препаратом выбора для длительного лечения.

Хотя, как и у других медикаментозных средств, у кветиапина возможны индивидуальные побочные эффекты, они обычно минимизированы и проявляются реже. В целом, этот препарат демонстрирует высокую эффективность и хорошую переносимость среди широкого круга пациентов.

В статье рассказываем, для чего назначают Кветиапини как он влияет на организм.

Кветиапин — описание, состав, эффект, свойство

Кветиапин представляет собой лекарственный препарат, оказывающий подавляющее действие на рецепторы нейромедиаторов (биохимических веществ головного мозга), которые отвечают за возбуждение центральной нервной системы. Предотвращая избыточное возбуждение, кветиапин нивелирует симптомы психических расстройств, при этом не оказывает влияние на сознание. Эти свойства препарата позволяют эффективно применять лекарство для лечения шизофрении, биполярного аффективного расстройства и других психических расстройств, он помогает купировать бред, галлюцинации, контролировать поведение и настроение пациента. Также лекарство обладает седативным и снотворным эффектами, что позволяет применять его при тревоге и бессоннице у пациентов с психотическими симптомами.

Выпускается в форме таблеток, покрытых пленочной оболочкой, в том числе с пролонгированным действием, в дозировках от 25 до 400 мг. В состав также входят вспомогательные вещества, которые не оказывают лекарственного действия, но помогают главному компоненту лучше всасываться и усваиваться организмом.

От других антипсихотических средств кветиапин выгодно отличается минимальным проявлением побочных эффектов, таких как:

нарушения углеводного и жирового обмена;
дрожание рук, ног (тремор);
гиперкинезы (двигательные нарушения)

Однако кветиапин может оказывать влияние на повышение сахара крови при наследственной склонности к сахарному диабету или у пациентов, которым уже ранее поставлен этот диагноз. Также фоне лечения данным средством, не часто и при индивидуальных особенностях организма, может беспокоить головная боль, учащенное сердцебиение, снижение артериального давления, сухость во рту, усиленное потоотделение, ортостатические нарушения, нарушения стула (запоры), сонливость, особенно эти симптомы усиливаются при передозировке, поэтому препарат должен применять только по рекомендации врача.

Внимание! Кветиапин — торговое наименование антипсихотика и его главного компонента. Но это не единственный препарат с таким составом. Существуют аналоги по действующему веществу — Сероквель, Квентиакс и другие.

Действие препарата

Необходимо отметить, что как побочные, так и лечебные эффекты Кветиапина выражены слабее по сравнению с другими антипсихотическими средствами. Поэтому препарат не подходит для монотерапии, проводимой для купирования острых психозов. В этом случае его назначают в комплексе с другими психотропными препаратами.. Однако средство хорошо показывает себя в медикаментозной профилактике рецидивов.

У кветиапина широкие возможности применения для лечения разного уровня психических расстройств, что обусловлено большим терапевтическим диапазоном лекарственного средства. В зависимости от того, какого действия нужно достичь, врач может корректировать суточную дозировку в диапазоне от 12,5 до 800 мг — дозу увеличивают постепенно до достижения необходимого эффекта. В зависимости от того, сколько действует Кветиапин, его назначают для приема от 1 до 3 раз в сутки (таблетки с пролонгированным действием можно принимать 1 раз в день).

Внимание! Точную дозировку и частоту приема может определить только врач психиатр!

Области применения

Диапазон применения кветиапина во врачебной практике.

Психиатрия:

Шизофрения: используется для лечения симптомов шизофрении, таких как галлюцинации, бред и когнитивные нарушения.
Биполярное расстройство: эффективен при лечении как маниакальных, так и депрессивных эпизодов биполярного расстройства, а также в качестве поддерживающей терапии для предотвращения рецидивов.
Депрессия: может использоваться в качестве дополнительного средства при лечении депрессии, особенно в случаях, когда традиционные антидепрессанты не дают должного эффекта.

Неврология:

Сонные расстройства: в низких дозах применяется для лечения различных нарушений сна, включая бессонницу, благодаря своему седативному эффекту.

Общая терапия:

Тревожные расстройства: в некоторых случаях кветиапин назначается для уменьшения симптомов тревоги.
Посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР): препарат может помочь в снижении симптомов ПТСР, таких как ночные кошмары и повышенная возбудимость.

Гериатрия:

Поведенческие и психологические симптомы деменции (ППСД): иногда применяется для контроля агрессии, возбуждения и других поведенческих симптомов у пациентов с деменцией, хотя его использование в этой области требует осторожности и тщательного мониторинга.

Эти различные сферы применения подчеркивают универсальность кветиапина и его значительную пользу в лечении широкого спектра психических и поведенческих расстройств.

Показания и противопоказания к применению Кветиапина

Препарат отпускается по рецепту врача.

Кветиапин противопоказано принимать одновременно с препаратами, которые блокируют продукцию цитохрома — фермента, обеспечивающего переработку антипсихотика печенью. К таким относят:

системные противогрибковые средства;
противоязвенные препараты;
антиретровирусные средства;
бактериостатики.

Важно исключить одновременное употребление Кветиапина и алкоголя (этанола). Их комбинация приводит чрезмерному подавлению деятельности ЦНС или обратному эффекту — перевозбуждению.

Мифы о применении Кветиапина

Вокруг его применения существует несколько мифов и заблуждений, которые важно развеять для правильного понимания действия и применения лекарства.

Миф 1: Кветиапин вызывает сильное привыкание

Реальность: Кветиапин не считается препаратом, вызывающим зависимость. В отличие от некоторых бензодиазепинов или опиоидов, которые могут вызывать привыкание, кветиапин не обладает подобными свойствами.

Миф 2: Кветиапин применяется только для лечения шизофрении

Реальность: Хотя кветиапин изначально был разработан для лечения шизофрении, он также успешно применяется для лечения других психических расстройств. Например, его назначают при биполярном расстройстве, для стабилизации настроения, а также в качестве дополнения к антидепрессантам при лечении депрессии.

Миф 3: Кветиапин вызывает только сонливость и больше ничего

Реальность: Сонливость действительно является одним из побочных эффектов кветиапина, особенно на начальных этапах лечения. Однако, это не единственный его эффект. Препарат оказывает значительное воздействие на симптомы психических расстройств, помогая уменьшить галлюцинации, бред, маниакальные и депрессивные эпизоды.

Миф 4: Кветиапин можно использовать как снотворное

Реальность: Хотя кветиапин может вызывать сонливость и улучшать сон у некоторых пациентов, его использование исключительно как снотворное не рекомендуется. Препарат предназначен для лечения серьезных психических расстройств, и его использование вне этих показаний может привести к ненужным рискам и побочным эффектам.

Симптомы передозировки кветиапина

При правильно рассчитанной дозировке и продолжительности лечения препарат переносится пациентами хорошо.

Но при самолечении, последствия могут быть противоположны терапевтическому эффекту:

сердечно-сосудистые нарушения (пониженное кровяное давление, сердечная недостаточность);
перевозбужденное состояние с агрессивным поведением;
гриппоподобные состояния, сопровождающиеся повышением температуры тела;
обострение основной болезни с более ярко выраженными симптомами (по сравнению с состоянием, при котором было начато лечение);
психоз сверхчувствительности (так проявляется гиперчувствительность дофаминовых рецепторов, которая возникает при длительном употреблении антипсихотика).
поздняя дискинезия (насильственные непроизвольные движения, чаще жевательные, причмокивающие движениями губ, гримасничанье за счет поражения лицевых мышц)

Степень тяжести зависит от длительности проводимой терапии, возраста пациента, дозировки препарата и выраженности симптомов психического расстройства. Поэтому важно принимать препарат только по назначению врача в указанных в рецепте дозировках!

Методы лечения

Если во время лечения возникают побочные эффекты, необходимо об этом сообщить вашему лечащему врачу. Обычно негативные эффекты проходят в течение 1-3 недель после прекращения приема препарата. В других случаях требуется лечение, которое в зависимости от степени тяжести состояния проводится амбулаторно или в условиях стационара.

Помощь направлена на стабилизацию состояния пациента. Она может включать в себя:

Детоксикацию — очищение организма от действующего вещества препарата и его метаболитов. Для этого выполняют плазмаферез.
Фармакотерапию (симптоматическое лечение) с внутривенным введением и пероральным приемом препаратов.
Курсы индивидуальной и групповой психотерапии, направленной на психообразование и социализацию.

Психотерапевтическая реабилитация также показана родственникам пациента, у которых на фоне постоянного переживания зачастую развиваться депрессия, невроз и другие расстройства психики.

Чтобы избежать негативных эффектов, важно принимать препарат только по назначению врача и в рассчитанной им дозировке, а также регулярно совершать профилактические визиты к врачу для наблюдения процесса лечения.

Источник

Здравствуйте.

Девушка, 30 лет, 1990г. рождения, не работаю, не замужем, живу с родителями.

Мой диагноз Параноидальная Шизофрения, поставлен в 2016 году в 26 лет, психоз был дважды. Начиналась болезнь в 14 лет с тяжелой депрессии, апатии, абулии и навязчивых страхов. С трудом окончила в школу из-за постоянных пропусков, бросила институт на первом курсе. Сидела дома, ни с кем не общалась, не выходила на улицу, не следила за гигиеной. Была паранойя, бредовые мысли, тяжелые кошмары. Первые серьезные галлюцинации появились в 26 лет, слышала голоса, меня госпитализировали.

После второго психоза около 2 лет принимала 4мг Рисперидон вечером, после ужина. Не было голосов, бреда, навязчивых мыслей, первые несколько месяцев была тревога по вечерам, но она прошла. После этого никакой продуктивной симптоматики. Были периодические проблемы со сном. На нем был увеличен пролактин 120ng/ml, принимала Достинекс, но на нем началась бессонница и через месяц терапии пролактин увеличился. Прекратила пить Достинекс. Нейролептик менять не стала, но к сожалению, после того как я из-за обстоятельств приняла Рисперидон на 5 часов позже обычного, перед сном, у меня появились первые симптомы Поздней дискинезии. Я сосала язык, могла перестать и это не мешало мне есть, но как только я отвлекалась, то снова начиналось сосание языка. Приступы происходили раз в две недели, обычно вечером, но потом они стали учащаться. (Извините, что много пред истории).

Очень испугалась. Было принято решение поменять нейролептик. Перешла на Кветиапин (Квентиакс), постепенно повышала дозу как сказано в инструкции, но не смогла повысить больше 100мг в день (50 утром, 50 вечером), из-за сильного седативного эффекта (дискинезии участились и происходили каждый день по паре часов, но прошли через 2 недели). На Кветиапине 150мг в день лежала в полусонном состоянии утром после пробуждения, не могла даже сидеть, еле шла на прогулку после обеда, было слишком тяжело, перешла на 100мг. В первую неделю было очень тяжелое мрачное состояние, но потом оно прошло. Это было в середине октября. Через 3,5 месяца, то есть сейчас начались первые признаки продуктивной симптоматики. Легкие. По вечерам некоторое ощущение чужого взгляда, ну понимаете, не можешь полностью почувствовать себя наедине с собой. Плохое настроение, ощущение тоски. Первые глупые мысли, как например: этот пост в соц сетях кто-то сделал специально для меня. Была одна яркая галлюцинация движения чего то под кожей головы, один раз, очень короткая. (В прошлом такое было регулярно, еще до диагноза, был Дерматозойный бред из-за этого). В целом состояние стабильное.

Я понимаю, что надо повысить дозу Кветиапина, если это продолжится. Но есть определенные но.

Первое. Боюсь пристраститься к его седативному эффекту на ночь, потому что без нейролептиков я не могу нормально заснуть, совсем, после второго психоза. И сон у меня прерывистый, сплю немножко и просыпаюсь, засыпаю постепенно, сплю, и опять просыпаюсь. И так всю ночь. Опасаюсь того, что если придется переходить на монотерапию с другим нейролептиком, то не смогу спать. Увы, очень тяжело переношу бессонницу и это для меня большая проблема.

Второе. Не смогу нормально убираться дома из-за седативного эффекта. Это для меня важный пункт, потому что я не работаю (сильные негативные симптомы), уборка это единственное что я делаю вообще. Родители уже в возрасте, не хочу что бы они мыли полы и т.д.

Вопрос №1. Если повысить дозу Кветиапина, то хватит ли 150мг в день?

Вопрос №2. Если нет, то возможно ли перейти на 2мг Рисперидона и 50мг Кветиапина на ночь? Поможет ли такой прием остаться в ремиссии и предотвратить Позднюю дискинезию?

До второго психоза, была год на Инвеге на 3мг. Очень дорого! Никакой продуктивной симптоматики на ней не было. Произошел психоз, когда перестала принимать препарат. Есть некоторое ощущение растерянности, поскольку на лекарствах у меня не было продуктивной симптоматики. (Только однажды, пять дней не могла из головы выбросить первую любовь, но это прошло бесследно).

Кололи Галоперидол в больнице, но от него у меня был страшный, уж извините, запор. Ничего, кроме сильных слабительных не помогало. Давали еще Трифтазин, когда от голосов остался только шепот, но на нем его стало тяжелее игнорировать, появилась тревога.

Не хочу принимать типики, ибо от них выше риск Поздней дискинезии, Диабета. Абилифай в городе не найдешь, Оланзапин повышает вес.

Нашла, Antipsychotic Dose Conversion Calculator, здесь, по нему получается 3мг Инвеги, это 150мг Кветиапина. Может хватит такой дозы?

К сожалению у нас в Поликлинике Психиатр очень милая молодая девушка, но без опыта. Не знает многих лекарств, дозировки и т.д.

Спасибо за внимание!

Источник

Применение препарата Сероквель (кветиапин) для лечения больных шизофренией

Комментарии

Кветиапин — описание, состав, эффект, свойство

Действие препарата

Области применения

Показания и противопоказания к применению Кветиапина

Мифы о применении Кветиапина

Симптомы передозировки кветиапина

Методы лечения