Для борьбы с алкогольной зависимостью современная медицина предлагает целый ряд действенных методик, которые лучше всего работают в комбинации друг с другом. Один из таких способов — кодирование, суть которого заключается в том, что зависимый по той или иной причине попросту теряет возможность выпивать. Многих интересует вопрос, меняется ли психика человека после этой процедуры.
Прежде чем ответить, стоит подробнее разобраться с тем, что из себя представляет данный метод, как он осуществляется, а также какие плюсы и минусы имеет. При этом важно помнить, это не универсальный «ключ» к решению всех проблем, и его одного может не хватить для исцеления алкозависимого.
Нужна срочная помощь
или первичная консультация?
Виды процедур
Кодирование представляет собой запретительную методику, цель которой — добиться того, чтобы индивид перестал употреблять спиртное. Для этого есть несколько устоявшихся в медицине способов. Важно помнить, что для применения любого из них необходимо, чтобы больной находился в трезвом состоянии.
Медикаментозное кодирование
Подшивка делается подкожно, внутримышечно или внутривенно. Используются препараты на основе двух веществ:
- «Налтрексон», попав в организм алкоголика, угнетающие действует на опиоидные рецепторы. Из-за этого спустя короткое время пациент перестает чувствовать удовольствие от алкоголя, сколько бы он ни выпил.
- «Дисульфирам» после введения влияет так, что этанол не расщепляется и не усваивается организмом. Метаболизм этилового спирта нарушается, больной испытывает симптомы отравления (тошноту и рвоту), а также сбои в работе сердца и скачки давления.
При этом сделавших подшивку людей заранее предупреждают, что прием самых минимальных доз горячительных напитков может крайне негативно сказаться на здоровье, вызвать осложнения и даже летальный исход.
Кодировочные препараты эффективны и в большинстве случаев безопасны. Тем не менее, это серьезные лекарственные средства, которые нельзя использовать при наличии следующих противопоказаний:
- беременность;
- глаукома;
- астма;
- болезни печени, сердца и сосудов;
- остеопороз;
- панкреатит;
- эпилепсия и так далее.
К введению медикаментов чаще всего прибегают люди, которые приняли осознанное решение бросить, но нуждаются в помощи, дополнительной поддержке, веской причине для того, чтобы не сорваться. При использовании лекарства аддикт осознает, что может произойти, если подшился и снова начал выпивать.
Психотерапевтическая кодировка
Один из самых известных представителей этой группы — метод Довженко. Врач-нарколог дает пациенту, находящемуся в состоянии ясного или измененного сознания, установку перестать употреблять хмельные напитки. Медик «настраивает» человека на ведение здорового образа жизни.
Этот путь специалистами признается одним из самых эффективных и безопасных. Кроме того, в ходе «настройки» аддикт не испытывает никаких негативных ощущений в физическом плане. Риск осложнений также ничтожно мал, что является еще одним плюсом метода. Тем не менее есть и минус, который также зависит от психики: если индивид невосприимчив к внушению, то ничего в итоге не сработает.
Также доктор может прибегнуть к гипнозу как виду кодирования. У пациента, введенного в состояние глубокого транса, создают устойчивые негативные ассоциации с алкоголем и транслируют установку перестать его употреблять. После возвращения в нормальное состояние, если все прошло успешно, тяга к горячительным напиткам исчезает.
Этот вариант, как и предыдущий, хорош тем, что не предполагает никакого химического вмешательства в работу организма.
ЭКСТРЕННЫЙ ВЫЗОВ
Работаем круглосуточно. Приедем в течение часа!
Жизнь после кодирования
Эксперты подчеркивают, что аддикт должен продолжать курс лечения от своего пагубного пристрастия. Одна из главных проблем заключается в том, что эффект кодировки может быть действенным, однако он временный. В среднем чувство отвращения к алкоголю держится год — в этот период задействуются другие методики. В противном случае больной по истечении срока запрета может вернуться к вредной привычке, и все начнется заново.
Кроме того, нередко после завершения процедуры зависимый впадает в депрессию и начинает демонстрировать сильный упадок духа. Для него алкоголь был своего рода «допингом» и смыслом жизни, и избавление он в это время воспринимает, наоборот, как утрату.
Именно поэтому крайне важно дать больному взамен новый смысл в жизни после кодировки от алкоголизма. Эту задачу берет на себя нарколог-психотерапевт. Вместе с пациентом он прорабатывает все глубинные проблемы и страхи, травмы и эмоции, которые привели к формированию привычки выпивать.
Эта важная работа позволяет решить проблему психологической тяги и восстановить ментальное состояние человека, а также выстроить новую систему убеждений и мотивации. Задача доктора — раскрыть, что ощущение счастья не обязательно связано только с хмельным, и напомнить, что жить полноценно можно и нужно лишь будучи трезвым.
Кроме того, в большинстве случаев, если индивид желает вернуться к употреблению спиртного, он имеет право обратиться в наркологическую клинику и провести раскодировку от алкоголизма.
Мифы и слухи
В среде любителей спиртного распространены мифы о том, что если согласиться на кодирование, то процедура может свести с ума, и поэтому ее нужно избегать. Эти слухи возникают из страха и потому, что люди не знают, чего ждать от подшивки или гипноза.
Бывшие собутыльники неизбежно будут смотреть на исцелившегося товарища как на странного, даже безумного, поскольку тот, если лечение прошло успешно, начнет рассказывать о необходимости заботиться о здоровье и о тяжком вреде спиртного.
Проще говоря, поборовший зависимость индивид попросту перестает быть частью привычного круга и становится своего рода «маргиналом» по мнению бывших «друзей». Те начинают думать, что ему «промыли мозги», отсюда и рождается миф о том, что из-за кодирования «едет крыша».
На самом деле все серьезные изменения в психике обусловлены пересмотром жизненной позиции, переоценкой ценностей, выбором новых приоритетов и адаптацией к трезвой жизни. Ни у лекарств, ни у гипноза нет никаких «сверхъестественных» свойств. Все, что они делают — не дают больному употреблять спиртное в период действия кода.
Позвонив сейчас вы успеете спасти близкого человека!
Круглосуточно | Доступно | Анонимно
Количество кодировок
Мнения наркологов касательно того, сколько раз можно проходить кодирование, расходятся. Кто-то из специалистов уверен, что нельзя проводить более трех процедур, другие же считают, что это число ничем не ограничено.
Существуют данные статистики, согласно которым с каждым новым разом эффективность манипуляции постепенно падает. Если в первый раз аддикт осознает опасность последствий и боится либо не хочет их испытывать, то в случае срывов страх постепенно уменьшается, поскольку зависимый уже точно знает, какой реакции ждать от своего тела. Даже если она крайне негативная — его больше не пугает неизвестность.
Именно поэтому наиболее действенный подход — это объединение нескольких методик лечения пагубной привычки (кодирование, лекарства и психотерапия), поскольку они способны дополнять и усиливать друг друга. Только так можно наиболее действенно противостоять алкогольной зависимости.
Литература:
- Нашкенова А.М., Малярова О. — Актуальные вопросы активной противоалкогольной фармакотерапии // Вестник Казахского Национального медицинского университета, 2015.
- Кузьмичев Е.С. — Психологические аспекты алкоголизма как хронического заболевания // Наука-2020, 2020.
- Бизина Л.Н., Петрова Н.Н., Егоров А.Ю. — Нелекарственные методы лечения алкоголизма // Российский психиатрический журнал, 2008.
Содержание:
- Кратко о процедуре
1.1. Фармацевтический метод
1.2. Психотерапевтический подход - Почему происходят срывы после установки антиалкогольного «блока»
- Чем опасны рецидивы для закодированных
3.1. Соматические
3.2. Психологические - Что делать, если кодирование не помогает?
В лечении хронического алкоголизма широко применяются кодировочные методики. Обычно они показывают высокую эффективность, позволяют быстро и безболезненно избавить пациента от патологической зависимости к спиртному. Но, к сожалению, бывают случаи, когда закодированный человек срывается. Расскажем, почему кодирование не помогает, как добиться абсолютной трезвости и предупредить рецидив.
бесплатная консультация
Не можете уговорить на лечение?
Наши консультанты помогут вам найти эффективную мотивацию и уговорить близкого на лечение
Заказать звонок
Кратко о процедуре
Данный термин включает группу разных лечебных мероприятий, которые оказывают воздействие на определенные структуры организма, отвечающие за формирование устойчивого влечения к выпивке.
На сегодняшний день наиболее популярны два варианта.
Фармацевтический метод
Предполагает применение лекарственных препаратов на основе дисульфирама или налтрексона. Первый блокирует выработку печеночных ферментов, участвующих в расщеплении спирта до безопасных соединений. Без этих компонентов этанол воспринимается организмом как сильнейший яд. Если человек выпьет, последует мощная реакция отравления, сопровождающаяся выраженной клинической симптоматикой.
Действие второго лекарства направлено на ЦНС, блокируются определенные центры головного мозга. После такой процедуры прием спиртного становится бессмысленным, человек не получает желаемых эффектов опьянения.
Консультация круглосуточно!
Мы знаем обо всех существующих эффективных методах избавления от зависимости!
Заказать звонок
Психотерапевтический подход
В группу входят довольно известная методика, предложенная врачом Довженко — стресс-эмоциональная терапия, а также гипноз. Эти способы основаны на принципах влияния на подсознание пациента путем внушения, убеждения, устрашения.
Используются специальные психологические приемы. Больной вводится в состояние легкого транса, квалифицированный врач дает установку на трезвость. Эффективность психотерапевтических сеансов имеет научное подтверждение.
У любого способа блокировки тяги к спиртному есть ограниченный срок действия. Максимально — 3–5 лет. На протяжении этого периода закодированный сохраняет режим трезвости. Как мы уже говорили, в единичных случаях наблюдаются рецидивы. Если кодирование от алкоголизма не помогает, нужно обязательно найти причину, устранив которую, можно провести повторный сеанс, но уже с успешными результатами.
Почему происходят срывы после установки антиалкогольного «блока»
Несмотря на высокую эффективность этой лечебной методики, она не позволяет устранить главные факторы, подталкивающие человека к приему горячительных напитков. Это можно сравнить с действием таблеток — заболел зуб, принял лекарство, боль прошла, но проблема осталась, и через время она вновь даст о себе знать. В случае с аддикцией все идентично — терапию провели, но сохранились предпосылки к пьянству.
Кодирование от алкоголизма не помогает по разным причинам:
-
Слабая мотивация на лечение. Если зависимый решается на эту процедуру только под давлением родственников, принуждающих его с применением угроз или настоятельных уговоров, вероятность срыва будет высокой. Именно поэтому опытные врачи отказываются проводить лечебный сеанс пациентам, не имеющим особого стремления к трезвости.
- Подбор неправильной методики, некомпетентность специалиста, ставящего блокировку. Также не исключены банальные врачебные ошибки. Чтобы избежать таких рисков, необходимо осуществлять кодировку в проверенных клиниках с хорошей репутацией.
- Провоцирующие факторы. К примеру, сильный стресс или неправильное поведение родственников, подталкивающие зависимого человека к выпивке даже при осознании вероятных последствий для здоровья.
- Ухудшение самочувствия или психические расстройства у закодированного. Привыкая к постоянной жизни «под градусом», люди тяжело перестраиваются на трезвый режим. Они утрачивают смысл существования, погружаются в жуткую депрессию, начинают болеть и т. д. Не выдерживая таких испытаний, хватаются за рюмку, как за спасательный круг.
Это наиболее распространенные причины, приводящие к срыву после кодировочной процедуры.
Оставьте заявку на бесплатную консультацию или вызов врача
и мы свяжемся с вами в течение 5 минут!
Заказать звонок
Булкин Алексей Владимирович
Генеральный директор Клиники «ВЕРИМЕД», Врач психиатр-нарколог
Чем опасны рецидивы для закодированных
В первую очередь расстраивает негативный результат проведенного сеанса. Ведь отправляя пьющего на такое лечение, близкие люди искренне надеются, что теперь все будет по-другому. К самому больному и его родственникам приходит осознание того, что алкоголик уже никогда не сможет вернуться к нормальной жизни.
Но не стоит делать такие выводы раньше времени, еще есть шанс все изменить! Как поступить в этом случает, расскажем чуть позже. А пока перечислим главные риски рецидива для самого аддикта.
Соматические
После медикаментозной кодировки алкоголь категорически противопоказан. При вступлении этанола в реакцию с лекарственными компонентами происходит сильнейшее отравление. Достаточно выпить пол рюмки спиртного, чтобы спровоцировать возникновение весьма болезненных признаков интоксикации.
Кроме того, повышается риск обострений хронических недугов и других осложнений, опасных для жизни. В таких случаях больному необходимо оказать экстренную медицинскую помощь.
Психологические
Серьезные проблемы с психикой могут возникнуть у тех, кто прошел лечебный сеанс с применением психотерапевтических методик. Если закодированный решится на срыв, ему лучше сразу обратиться к лечащему врачу, который сможет снять установленный «блок».
Хотите узнать все вариантыстоимости услуг?
Свяжитесь с нашим специалистом:
Заказать звонок
Что делать, если кодирование не помогает?
При неудачном первичном опыте запретительного лечения не стоит сдаваться! Каждый хронически зависимый алкоголик имеет шансы на выздоровление, главное — подобрать правильный подход в борьбе с этим опасным недугом.
Квалифицированные врачи-наркологи настоятельно рекомендуют не искать легких путей, а сразу настраиваться на длительную терапию, основанную на комплексном индивидуальном подходе. Чтобы повысить шансы на выздоровление, аддикту нужно:
- осознать свою болезнь;
- найти хорошую мотивацию к трезвости;
- поставить для себя цель достичь абсолютной чистоты;
- дать согласие на госпитализацию в клинику, где он пройдет комплексное лечение;
- ответственно соблюдать все врачебные назначения.
Эффективная программа избавления от зависимости выстраивается по такой схеме:
- комплексный фармацевтический курс — детоксикация, снятие абстиненции, устранение последствий хронической интоксикации, предупреждение осложнений, стабилизация общего физического здоровья;
- психотерапия, поведенческая коррекция, осознание и исключение первопричин алкоголизма, кодирование;
- ресоциализация, восстановление социальных навыков, предотвращение рецидивов.
Как показывает практика, пациенты, прошедшие полный лечебно-реабилитационный курс, сохраняют стабильную ремиссию. Таким образом, если кодировка не помогла, а больной все-таки испытывает желание избавиться от тяги к алкоголю, ему нужно быть готовым к продолжительному лечению в наркологии.
Литература:
- Сравнительная оценка современных концепций лечения алкоголизма. Артемьева М.С., Майдан А.В.
- Актуальные вопросы активной противоалкогольной фармакотерапии, А.М. Нашкенова, О. Малярова
- Основные психотерапевтические подходы к лечению алкоголизма, А.М. Нашкенова, А. Дё
Популярные услуги
Наркологи сходятся во мнении, что самый действенный метод лечения алкоголизма — это психотерапия, поскольку зависимость первым делом развивается на уровне сознания. Вот только подходы и специалисты бывают разные.
Ирина Борисевич, директор медицинского центра «Парацельс», рассказала, как работает глубинная психотерапия, почему так мало специалистов владеет этим искусством и как найти врача, который действительно поможет.
Ирина Ивановна Борисевич
учредитель и директор медицинского центра «Парацельс», врач-психиатр-нарколог-психотерапевт
«Алкоголь — это игрушка»
— Любая зависимость — это способ человека адаптироваться к миру. Наши пеленки и подгузники давно сгнили на свалке, но в голове пеленки и подгузники остались.
Очень часто поведением взрослого человека управляют детские психотравмы, теневая сторона внутреннего ребенка. И через алкоголь он пытается «решить» дефекты своей личности.
Не умеешь расслабляться? Поможет алкоголь. Не умеешь достигать целей? С алкоголем почувствуешь себя победителем. Не умеешь общаться? После выпивки весь мир — друзья.
Но, когда наутро человек осознает, как накуролесил вчера, снижается и так низкая самооценка. А потом еще близкие напомнят о его поведении… И ведь нужно что-то делать с болью, стыдом, виной. Уже известное решение — выпить.
Найдя такую игрушку, человек не хочет расставаться с ней. Фантазии, которые она дает, становятся очень ценными. Поэтому нельзя просто забрать — нужно предложить что-то взамен. Это и помогает сделать психотерапевт.
«Результат будет тогда, когда врач не стремится его получить»
Я делю методы лечения алкоголизма на 2 группы:
- так называемые быстрые методы, которые помогают лишь удерживаться в трезвости;
- психотерапевтические, которые действительно излечивают.
Краткосрочные методы (кодировки, подшивки, сенсибилизирующая терапия, рефлекторная, гипнотическая) — это про то, чтобы остановить у человека употребление алкоголя. Но это не есть излечение от зависимости.
Быстрые методы терапии не решают проблемы, из-за которых человеку изначально понадобился алкоголь.
Поэтому самое важное — психотерапия, причем глубинная, личностная психотерапия. Но она требует времени и сил. А люди с алкогольной зависимостью, как правило, имеют инфантильную структуру личности. Им хочется, чтобы все решили за них.
Но нельзя сказать, что если человек не хочет лечиться, то ему невозможно помочь. Важную роль играет искусство психотерапевта.
Вместе с тем практика показывает, что результат врач получит тогда, когда он не тащит к нему пациента (не стремится его получить), потому что человек будет это чувствовать и всячески сопротивляться.
«Люди всегда себе врут»
Если человек честно, без фиги в кармане, сам с собой принимает решение, что он отказывается от алкоголя, и выключает программу, из-за которой употреблял, то болезнь на этом заканчивается.
Но сделать эти две, казалось бы, простые вещи способны очень немногие, поскольку от употребления алкоголя масса выгод. С точки зрения нашего подсознания мы не делаем вообще ничего, что нам невыгодно.
Такие решения принимают на грани жизни и смерти, после сильного психоэмоционального потрясения. И это, как правило, относительно зрелые люди, у которых остались какие-то ценности в виде отношений, работы, собственного здоровья и т.д.
В таких случаях спустя годы человек не употребляет не потому, что ему запрещает, например, введенное вещество (кодирование), а потому, что сам решил.
Но, к сожалению, люди всегда себе врут. И зависимому человеку нужно помочь признать, что это было его решение начать пить. То есть причина не в жене, которая разозлила, не в звездах, которые не так стоят, не в начальнике, который отругал, а в его собственном выборе.
По-началу это больно осознавать. Но именно в этот момент начинается выздоровление.
«Нужно «вернуть Хозяина домой»
По большому счету алкоголизм — это медленный суицид. А значит, внутри человека есть программа, которая работает на самоуничтожение. И если ее не найти и не убрать, а просто запретить употреблять алкоголь, то человек найдет другой способ себя убивать.
Сеансы психотерапии — не просто общение. Это работа, основная задача которой — вывести пациента на осознанность, показать смысл его действий и «вернуть Хозяина домой», то есть его собственное Я.
И хороший знак, если пациент на старте может ответить, что будет результатом терапии.
«Не пить» — это не результат, потому что здесь присутствует метапрограмма избегания. Человек даже не говорит, что хочет быть трезвым.
Врач должен поставить вопрос: «А как будет выглядеть твоя жизнь, если ты не будешь пить? Вся прежняя жизнь привела к точке, где ты пьешь. Значит, нужно ее изменить».
Человек, у которого есть травма, смотрит на весь мир с позиции этой травмы. И задача психотерапевта — показать ему, что есть другой мир, что отношения можно строить иначе, и научить его это делать. Но не буквально.
Наиболее быстрый путь — выключить чувство ничтожности. А свято место пусто не бывает: на замену придет чувство достоинства, и из этого состояния у человека автоматически сформируется другая модель поведения.
«Алкоголик сам создал своего Алкоголика»
Психотерапия зависимых — очень сложное дело, которое требует достаточно глубинной работы по реконструкции личности. Но методики психотерапии зависимых в основном работают только с некой субличностью.
«Всем привет, я алкоголик», — с этой фразы начинается 12-шаговая программа. Она подразумевает, что человек все время должен помнить о своей зависимости, держать в поле своего сознания пьющую часть себя.
Но возьмем пример театра: если в первом акте на стене висит ружье, то в последнем оно должно выстрелить. Так и с алкоголизмом: рано или поздно эта часть срывается, потому что человек все время подпитывает ее своим вниманием.
Что делать? Эту субличность можно переформатировать, чтобы она решала те задачи, которые решал алкоголь, или вообще ее убрать, как предлагает квантовая психология.
Главный постулат квантовой психологии — наблюдатель формирует то, что наблюдает. Как с электроном: когда есть наблюдатель, есть частицы. Когда нет, электрон становится волной. Так и внутреннего Алкоголика можно перевести в волну.
Все, что есть в поле моего сознания, — все мои субличности, эмоции — создано мной. И я принимаю за это полную ответственность. Если я создал это так, могу создать и по-другому. Когда пациент это осознает, дело остается за техникой и мастерством терапевта.
Алкоголик сам создал своего Алкоголика. Потом он с ним соединился, идентифицировался и решил: все, я алкоголик. Первое, что нужно сделать, — отделить их, показать, что Алкоголик — это лишь один из игроков, которым человек в состоянии управлять. Он должен его рассмотреть и просто выключить.
Важно, что выключить может только сам человек. Здесь нет никакой магии, и терапевт ничего не может сделать за пациента.
«После глубинной психотерапии меняется вся жизнь человека»
Когда в семье проблема, люди пробуют все, в том числе обращаются к бабкам, экстрасенсам. Но начинают обычно с классических методов лечения алкоголизма. И лучше, чтобы на них все и закончилось. Для этого желательно выбрать медицинский центр, где предусмотрен комплексный подход, определенные этапы ведения зависимости и, конечно, более глубокая психотерапевтическая работа.
Как понять, что с тобой работает хороший специалист? Нет, легче становится не всегда. Но ты начинаешь видеть свою жизнь с другой стороны, начинаешь понимать, для чего ты делаешь те или иные поступки, какие выгоды они приносят. Это бывает тяжело, но того стоит.
После глубинной психотерапии человек не просто избавляется от алкоголизма. Если появилось уважение к себе, он идет с ним и на работу, и к жене, и к детям. Вся жизнь выстраивается иначе.
Более миллиона россиян зависимы от спиртного. Многие из них прибегают к кодированию — процедуре, которая якобы должна излечить пациента от алкоголизма за счет медикаментозного или психологического воздействия. Эффективность кодирования не доказана, однако этот метод по-прежнему остается очень популярным: заказать такую услугу можно во многих частных клиниках. «Такие дела» поговорили с людьми, которые безуспешно обращались к кодированию, чтобы преодолеть зависимость, а также узнали у врача-нарколога, почему в большинстве случаев эта процедура не помогает пациентам.
Фото: Myznik Egor / Unsplash.com
Алена Миронова, 52 года
Мой бывший муж — военнослужащий на пенсии. Он бывал в том числе в горячих точках. После этого у него развилось ПТСР. Он боялся громких звуков, резких движений и замкнутых пространств. Много плакал, вспоминая болезненные истории со службы.
Думаю, работа держала его в тонусе. Но после выхода на пенсию он начал пить, как черт. Выпивал все подряд — пиво, вино, водку, коньяк, виски. Уходил в недельные запои. Пропадал на несколько суток, а потом я находила его на кладбище у могил сослуживцев: он приходил их поминать. Я не знала, как вытащить его из этого омута.
Друзья предложили мужу сделать кодировку. Тогда я договорилась со знакомыми врачами, чтобы они провели эту процедуру. Формально в областной больнице не было такой услуги, поэтому мы пришли туда в конце рабочего дня под выдуманным предлогом. Я передала врачам три тысячи рублей, и они сделали мужу укол.
Сказали нам, что кодировка будет действовать год. И подчеркнули: если он примет хоть каплю спиртного до истечения этого срока, то может умереть. Для пущей достоверности сделали «провокацию» — капнули алкоголь на язык, после чего мужа затрясло и бросило в жар. От страха он начал задыхаться, его привели в чувство медсестры. После этого он не прикасался к алкоголю ровно год. Мы надеялись, что за это время он пересмотрит свое поведение и взгляды на жизнь.
Но как только заявленный срок кодировки истек, муж снова напился
День в день. Если в течение года он был нервным и агрессивным (видимо, хотел выпить, но боялся), то ближе к окончанию срока внезапно стал спокойным. Оказалось, он заранее готовился к этому дню.
Всего я кодировала мужа 12 раз. Как только действие кодировки истекало, он срывался. Один из таких случаев пришелся на его день рождения. Мы с детьми накрыли стол, поздравили его, подарили подарки, как дураки. И, ничего не подозревая, ушли спать. Наутро квартира выглядела как поле битвы: он подготовил запас алкоголя и ждал, пока мы уснем.
После кодирования муж становился угрюмым, зато у нас появлялась возможность выдохнуть. Эта процедура облегчала нам год. Мы могли хоть как-то работать, учиться и рассчитывать, что дома не будет трындеца. И не придется искать его по сугробам и кладбищам, надеясь, что он не замерз насмерть.
Мы перестали жить вместе пять лет назад: устали друг от друга. Два года назад мы развелись. Насколько я знаю, сейчас он не пьет. Мне говорили, что ему помог какой-то гипноз. Я же объясняю это тем, что он ушел добровольцем на «специальную военную операцию», а пить в зоне боевых действий опасно для жизни. Теперь у него медали, награды. В городе он герой.
Думаю, ему надо было достигнуть полного дна, чтобы от него оттолкнуться. Пока человек сам не выберет трезвость, все попытки вытащить его из зависимости будут бесполезны. Нет никакой панацеи, если человек сам себе враг.
Олег Кондрашин, 24 года
Мы с мамой жили вдвоем. Когда мне было девять лет, она стала выпивать. Все началось с посиделок в ресторане в кругу друзей по выходным. Меня она обычно брала с собой. Мне это даже нравилось: я чувствовал себя причастным ко взрослым занятиям. Ходил туда-сюда, разговаривал с гостями.
Постепенно эти посиделки перетекли к нам домой. Гости оставались до утра, пили всю ночь — и мама с ними. Когда они уходили, мама возвращалась в нормальное состояние. Днем она занималась обычными домашними и рабочими делами.
Со временем предлог в виде гостей пропал, и она начала уходить в одиночные запои длиной в одну-две недели. Пила, спала — и так по кругу. Каждый месяц.
Это длилось больше 10 лет.
Во время очередного запоя мама посреди ночи пришла в мою комнату: начала выть и просить принести ей спиртное
Дойти до ларька самостоятельно она не могла из-за сильного опьянения.
Я понял, что мои силы кончились. К тому же в таком состоянии мама могла навредить себе. Я решил отправить ее на лечение в городскую наркологическую больницу. Мы собрали вещи и поехали в диспансер. Мама все еще была в состоянии опьянения и, видимо, не до конца понимала, что происходит. Но и не сопротивлялась госпитализации. Она осталась в диспансере.
Пациентам выдавали телефоны только пару раз в неделю, поэтому мы общались при помощи записок. В них мама извинялась за свое поведение и клялась, что больше такое не повторится. Я ей не особо верил, потому что слышал эти обещания уже не в первый раз.
Фото: Artem Labunsky / Unsplash.com
Спустя пару дней после госпитализации мама позвонила мне и сказала: «Забери меня отсюда, пожалуйста». По ее словам, врачи применяли к ней психологическое и физическое насилие, кололи ей галоперидол. Я почитал отзывы в интернете и убедился в правдивости этих рассказов. Оказалось, в наркологический диспансер скидывали неугодных родственников. Если бы я знал об этом, я бы не отправил туда маму.
Я начал думать о том, как вытащить ее оттуда: по правилам диспансера она должна была провести там месяц. В какой-то момент маме удалось договориться с одним из врачей — он обещал выписать ее из больницы, но только при условии, что перед этим ее закодируют от алкоголя.
По словам мамы, врач сказал: «Я не могу выписать тебя без кодировки, хоть она тебе и не нужна»
Она попросила меня приехать в больницу к определенному времени и взять с собой наличные — пять тысяч рублей. Я пришел в кабинет заместителя главного врача, рядом с ним уже сидела мама. Врач сказал, что сделает ей кодировку, которая будет действовать год. Я согласился, отдал деньги и вышел из кабинета. Через пару минут маму выпустили, и мы поехали домой.
На протяжении года она действительно не употребляла спиртное — или я не знал об этом. Когда срок начал истекать, я предложил повторить процедуру. Мама отказывалась: говорила, что ей это не нужно.
Через год и два месяца после кодировки мама снова ушла в запой. Это случилось в новогодние праздники. К тому моменту я уже жил в другом городе, но заподозрил неладное, когда она перестала отвечать на мои звонки.
Опасения подтвердились: мама позвонила и рассказала, что выпивала. Ей было плохо, и она просила ее пожалеть. Я ответил, что устал вытаскивать ее из запоев. Сказал: протрезвеешь — поговорим. Трезвая мама и мама в состоянии опьянения — разные люди. Общаться с человеком, который замещает мать, когда она выпивает, я устал.
С последнего запоя прошло четыре месяца. Сейчас все тихо. Если это повторится, я не поведу ее кодироваться.
Во-первых, я сомневаюсь в действенности этой процедуры. Во-вторых, она предполагает, что мне нужно будет вернуться в родной город и следить за матерью. Возобновится порочный круг созависимости, из которого я с трудом вырвался. А я снял с себя ответственность за действия этого человека.
Думаю, мое отстранение пошло ей на пользу — теперь она читает блоги о психологии, занимается спортом и пытается разобраться в себе.
Вадим, 50 лет
Я работаю сантехником. Вырос в Екатеринбурге, на Уралмаше. В молодости я занимался боксом и пережил 17 сотрясений мозга. Думаю, все это оставило след на психике. Отсюда, может, и моя зависимость, и суицидальные тенденции.
До 27 лет я не пил совсем. А потом попробовал алкоголь — и понеслось. Начал выпивать в больших объемах и регулярно. Уставал на работе, да и вообще, говорят же: «Сантехник должен быть пьяным».
Фото: Drew Taylor / Unsplash.com
Впервые я попытался закодироваться несколько лет назад — по просьбе жены поставил «торпеду» у врача-нарколога. Стоило это три тысячи. Врач объяснил мне, что инъекция будет действовать год. Если я приму спиртное раньше этого срока, у меня оторвется тромб и я умру.
Жизнь была не в радость. Через пару недель я решил покончить с собой — и выпил спиртное. Но ничего не произошло. Так я понял, что «торпеда» не работает.
Жена пилила меня за то, что я снова начал пить. Ну кому понравится, что деньги заплачены, а результата нет? При этом сама она колется. Зато алкашей ненавидит. Думаю, она бы ругалась на меня меньше, если бы я сидел не на спиртном, а на наркотиках.
По настоянию жены я снова пошел на кодировку, на этот раз лазером. Но процедура мне не помогла: я опять начал пить, несмотря на угрозы врача. Я пришел к нему и спросил, почему процедура не подействовала. Врач объяснил это моей «индивидуальной реакцией».
Всего я кодировался пять раз. С каждой кодировкой мои запои становились все более затяжными. Искусственное ограничение за счет страха только подпитывало желание выпить. Но, несмотря на то что процедура на меня не действовала, я продолжал кодироваться в надежде, что на этот раз поможет. Искал свой способ выбраться из этой ямы.
Сейчас я прохожу программу психологической реабилитации, которую проводит местный благотворительный фонд. Я наткнулся на нее в интернете, когда искал способы помочь себе. Благодаря этой программе я два года как трезвый — впервые с 27 лет.
Прибегать к кодировке я больше не планирую. Я знаю людей, которые верят в эффективность этой процедуры и боятся выпивать. Но боятся те, кому есть что терять. А мне терять нечего.
Как на самом деле работает кодирование
По словам врача-нарколога Сергея Ткачева, кодированием в наркологии называют процедуры, направленные на преодоление алкогольной зависимости. Оно бывает двух видов:
- немедикаментозное — способ направлен исключительно на работу с психикой человека, как при гипнотерапии по методу Довженко;
- медикаментозное — врач вводит под кожу пациента инъекцию или подшивает ампулу, «торпеду», с препаратом на основе дисульфирама или налтрексона.
Оба вещества замедляют процесс переработки этанола в организме. Из-за этого человек, который выпил даже незначительное количество алкоголя, вместо опьянения испытывает симптомы тяжелого отравления: слабость, тошноту, рвоту, снижение давления и учащенное сердцебиение.
Фото: Rashid / Unsplash.com
Цель кодирования — вызвать у пациента страх перед спиртным. Однако в России есть проблемы с доступом к веществам, которые необходимы для того, чтобы процедура прошла успешно.
Так, налтрексон в страну перестали завозить из-за санкций. «А качественный дисульфирам колют единицы врачей, потому что это дорого», — говорит Ткачев. По словам врача, закупочная цена одной ампулы — выше трех тысяч рублей. Чтобы сэкономить, медики вводят пациенту маленькую дозу, которая практически не оказывает влияния на организм.
Некоторые врачи предпочитают вообще не закупать дорогой препарат, говорит Ткачев. Вместо инъекции дисульфирама они вводят человеку другое вещество, например магнезию, а потом дают попробовать алкоголь. Это позволяет сымитировать эффект отравления.
«Человеку становится очень плохо, его трясет. Но дело в том, что трястись после инъекции магнезии будет каждый. С алкоголем этот эффект не связан», — поясняет врач.
Предполагается, что после такого приступа зависимый испугается и откажется от алкоголя как минимум до окончания озвученного врачом срока кодирования.
«Пациенту объясняют: будешь пить — умрешь, — говорит Ткачев. — Врач даже может попросить подписать документы. Мол, если выпьешь и пострадаешь, я не несу за это ответственности»
Крайне маловероятно, что человек сильно пострадает или умрет из-за употребления спиртного, даже если кодирование проводится по всем правилам, объясняет врач. В целом это безопасная процедура. Однако Ткачев не видит в ней смысла: даже самый качественный препарат выводится из организма через два-три месяца.
Некоторые пациенты понимают, что метод на самом деле неэффективен, но все равно просят закодировать их. «Говорят, мол, просто сделайте мне укол, неважно, что в нем будет, — рассказывает врач. — Так что кодирование работает, но только как психокоррекция. И только для довольно внушаемых людей».
Однако если пациент продержался без алкоголя хотя бы неделю — это уже неплохой результат для продолжения реабилитации, считает Ткачев. «Но, к сожалению, осознанно работать над собой готовы единицы», — говорит врач.
Спасибо, что дочитали до конца!
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране и предлагаем способы их решения.
За девять лет мы собрали 300 миллионов рублей в пользу проверенных благотворительных организаций.
«Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям: с их помощью мы оплачиваем работу авторов, фотографов и редакторов,
ездим в командировки и проводим исследования. Мы просим вас оформить пожертвование в поддержку проекта. Любая помощь,
особенно если она регулярная, помогает нам работать.
Оформив регулярное пожертвование на сумму от 500 рублей, вы сможете присоединиться к «Таким друзьям» — сообществу близких по духу людей.
Здесь вас ждут мастер-классы и воркшопы, общение с редакцией, обсуждение текстов и встречи с их героями.
Станьте частью перемен — оформите ежемесячное пожертвование. Спасибо, что вы с нами!
Помочь нам
- алкозависимость
- алкозависимые
- люди с зависимостью
- реабилитация
Доктор клиники «Алкостоп24» В. Н. Антипенко рассказывает о кодировании.
Когда человек решается пройти курс лечения алкогольной зависимости, ему хочется задать врачу десятки самых разных вопросов. Как правило, пациентов волнует практическая сторона предстоящей терапии: как именно будет проходить лечение, по какому принципу действует метод кодирования, какие противопоказания имеет вшивание от алкоголизма, что будет, если выпить после кодировки и т. д.
Но иногда алкозависимые больные задают действительно необычные, можно даже сказать оригинальные вопросы — которые их искренне волнуют и на которые они хотят получить аргументированные исчерпывающие ответы. Специально для тех, кто ещё только раздумывает над посещением нарколога, наркологический центр «АлкоСтоп24» в Москве подготовил ответы на семь самых неожиданных вопросов о лечении алкоголизма современными методами.
1. Сколько раз можно кодироваться от алкоголя?
В этом вопросе важно разграничить понятия «допустимо» и «целесообразно».
Если речь идёт о допустимости многократной кодировки, то никаких ограничений для этого нет. И психотерапевтическое, и фармакологическое кодирование можно проводить неограниченное количество раз, поскольку никакого вреда психике или здоровью, соответственно, они не наносят.
Совсем другое дело — целесообразность такой кодировки. Так, эффективность кодирования по методу Довженко снижается после двух-трёх кодировок. А повторное вшивание капсулы-импланта имеет смысл только при разовом рецидиве. Потому что, если пациент всё равно пьёт после такого кодирования, то разумнее изменить метод лечения.
2. Можно ли кодироваться профилактически?
Таким вопросом иногда задаются лица с «плохой» наследственностью (у кого в роду были алкоголики), опасающиеся повторить жизненный путь своих предков.
В принципе, если пациенту станет от этого легче, профилактическую инъекцию Эспераль гелем можно сделать. Но всё же в подобной ситуации гораздо более действенным инструментом стала бы индивидуальная работа с психологом, который бы помог выработать необходимые личностные качества, чтобы вообще не поддаваться соблазну выпивать.
Всё-таки генетическая предрасположенность к алкоголизму отличается от наследственной онкологии — в первом случае за человеком остаётся полный контроль принятия решения в вопросе «пить или не пить».
3. Зависит ли способ кодировки от предпочтительного спиртного напитка?
Имеется в виду — меняется ли стратегия лечения алкоголизма в зависимости от того, что преимущественно пьёт пациент: водку, пиво, вино и т. д.
Ответ: нет, не меняется. Вид предпочтительного спиртного напитка вообще не имеет значения для выбора способа кодирования. Потому что зависимость во всех случаях формируется к этанолу, а не к особому химическому составу пива, вина или водки.
4. Можно ли закодировать от алкоголизма несовершеннолетнего?
Если опустить юридическую сторону проблемы, то правильный ответ будет звучать так: можно провести эффективное, соответствующее возрасту пациента, противоалкогольное лечение.
5. Как раскодироваться после лечения у целителей?
Некоторые знахари и травники проводят так называемое «кодирование» от алкоголизма, используя определённые травы или грибы, действие которых напоминает препараты на основе дисульфирама — Алгоминал, Эспераль и прочее. Подобные «кодировки» отличаются низкой результативностью, коротким сроком действия и определёнными побочными эффектами.
Однако, если такой пациент захочет срочно раскодироваться, то официальная наркология может предложить разве что курс детоксикации, который в теории ускорит выведение знахарских снадобий из организма. Без знания точного химического состава средств, которыми пользуются целители, подобрать антидот невозможно. А, следовательно, и устранить их действие раньше срока очень трудно.
6. Существует ли разница между начинающим алкоголиком и периодически выпивающим человеком?
Существует, однако по внешним признакам определить это различие невозможно. Алкогольная зависимость, в особенности на 1-2 стадиях — это скорее внутреннее отношение человека к спиртному, его потребность периодически входить в состояние изменённого сознания.
Говоря проще, без целенаправленного опроса крайне сложно понять, по какой причине человек время от времени выпивает — в силу социально-культурных традиций или ради собственного удовольствия.
7. Можно ли закодироваться на всю жизнь?
Нет, нельзя. Разбору этой темы наркологическая клиника «АлкоСтоп24» посвятила отдельную публикацию.
Любая кодировка имеет свой граничный срок действия. Но если изменить собственное отношение к такому пагубному явлению, как пьянство, то пожизненно кодироваться не придётся — потому что желание напиваться «в хлам» сменится желанием жить насыщенной полноценной жизнью.
Автор статьи
Старшинова Ирина Евгеньевна
врач психиатр-нарколог